Воссевши перед многословием

ВОССЕВШИ ПЕРЕД МНОГОСЛОВИЕМ


Воссевши перед многословием мгновенно,
Скалистой линией колоколов - утес
Мечтает рассказать о всей вселенной,
Усеявшись нечаянностью чаек грез.

В  биении крыла его прибоя,
Изогнуто звенящий горизонта зов,
Проснувшись, вспенился своею белизною,
Продлившись в шлейфе окрыленных облаков.

Осколок белый, тихий восхищенный
Рассек решеток бронзовый фасад,
Азова-моря голос ртутный, обрушенный,
Смиренный, безмятежный ястреба призрак.

Вселенная - есть только стих, вращение,
Что сочиняет монологи обо мне,
Как если б я предстал в одной волне,
Внезапно взвившись от ее рождения,
Вершины звонкой, шумного кипения.

В моих объятых звездами губах
Сатурна кольца, его сны неукротимы,
Его златая семицветная дуга
И сладость аспидная лозы георгины.

В покрытых плесенью нейронов паутине -
Раздвоенная линия имен запретных;
Заточен с двух сторон язык рапиры -
Крестовый гребень крови фиолетовой.

Судьба - хвастливое наследие престола,
В своих речах полна блестящих жил шелковых,
В скачке сквозь обруч непрерывных выступлений,
Меж паузами интервалов протяженья,

Или ничтожных или беспредельных
Разбрызгивает капли времени,
Окаменелых выражений,
Запятых, знамений.

Расссеялась в соленом океане -
Памятование морского созерцания,
Нанос прибоя временного изреченья –
Звезда, осколок маленький - блистание
Большой волны ничтожного мгновения.

Как перепрыгнуть в тонущую бесконечность
Ястребиной высоты,
Во внутреннюю преисподню вечности,
В подённый спор реальности-мечты
Туда, где в океане прозябания - только ты.

Трещит мой парус перегар-похмельный,
Похмельно-перегарных слов.
Народ истории - неистовое исступленье
Невыразимых и непостижимых снов.

Словоречение – есть откровение,
В котором кровь проходит и гудит
Сквозь древнего тебя, в передвижении
Подводного журчание ладьи.

В холодных ручьях спокойного течения,
Хрупких фраз Баркаролы печальные,
Прилипая к влажным рукам атмосферы,
Уносят к ветру полуденного мирозданья
И заостряют созвездий свечение
Приглушенного сердцебиения.

Чем глубже мы космос себе открываем,
Тем более уставшие в пустоту возвращаемся.
Язык - не мягкая рука от падения спасающая
И не послушная лавина листьев тления,
Потравленного Времени.

Застывшей фразы кровь на хрустале
И очарованность созвездий осени -
Это травы священной острие,
Которые в святой грааль нас бросили;

В бездонное сияние творца покоя,
В пыльный шторм его воззрения угасшего,
В соленый пот супруги Ноя -
Эвридики, хотя Эдит себя назвавшею.