Откровение менестреля

Я сотворил свой первый стих,
Когда мне было лет тринадцать.
Я в Нинку втрескался, как псих,
Что мне дала себя помацать.

Она была гораздо старше,
И вскоре - замуж - прыг да скок!
Ну, хрена ль кукситься, браток? -
Сказал себе: жить буду дальше!

И я бы мог ходить с портфелем,
Но всё же предпочёл рюкзак.
Я стал бродягой-менестрелем
И, заработав кое-как
На первую свою гитару,
Стал задавать я людям жару!

Пропёр я столько вёрст по трассам,
Что вам и не пересказать...
Таких воспоминаний масса -
Да впору хоть роман писать!

Не по книжонкам - по себе я
Познал, что via - vita est:
В кафешках, бабок не жалея,
Давали мне попить-поесть.

Но - попадались и ханжи:
Иди, мол, на завод пахать!
Знавал и гопников ножи,
И грабили... ети их мать!

Я их прощаю - хрен бы с ними!
Простит ли Бог - ему видней...
А Нинкино не лезет имя
Из головы: все сны - о ней.

Ох, Нинка, Нинка, дочь Амура!
Ты мне дала своею ласкою,
Чем одарила трубадуров
Элеонора Аквитанская!

Где ты теперь, и кто твои целует пальцы -
Не ведаю - нет повода звонить.
Но хоть малайцам, хоть бы португальцам
Покуда жив - не прерывая вальс сей,
Я принесу стиха живую нить!

(поклон Александру Вертинскому)