А мир сходил с ума

Пусть наш мир давно рассыпался прахом, неудачей виделся каждый шаг, но на мне с рождения есть рубаха, как в игре на деньги удачный баг. Оптимизм, как посох, в кулак сжимая, я шагал по жизни, смотрел вперед. Жил от марта, через апрель, и к маю каждый чертов чудный, прекрасный год.
Но наш мир с тобой рассыпался пылью, был прекрасен всполохами зарниц, а мечты никак не творились былью, и в мольбах напрасных я падал ниц. Как хороший мальчик, смотрел на яркий элемент в цветении колких роз. И я верил миру и верил вракам, не накрытый горечью летних гроз.
Ты прекрасна, милая. Мир прекрасен. Только мне порою в нем места нет. Я смотрел в пространство в хрустальной вазе, сквозь нее со мною проходит свет. Улыбался дням, пролетавшим птицей, обнимал себя вечерами зим. Звал я рыбку дерзкой императрицей, пса завел - дворнягу по кличке Мим. Выходило как-то цветно и странно, мир шептал сходить, как и все, с ума. А весна пришла в эту зиму рано, а весна моя - что моя тюрьма.
И мой мир все сыпется рваной крошкой, как на детский утренник - конфетти. Вынося озёра дырявой ложкой, улыбался жажде твоей: "лети". А в твоих глазах урожай сомнений, а в твоих глазах не любовь, а смех. Я для всех давно обратился тенью, надо мной смеяться - давно не грех.

Все осталось ярким и полным страха. Разрывая глотку, мне шепчет "пой".
Только я рожден, благо, был в рубахе…
с рукавами, сшитыми за спиной.