Ребёнок, смеясь,
подбрасывал камень,
он падал снарядом
в лужу
или дырку в старом асфальте,
кстати,
я был рядом с детством,
разодетым в чумазую одежду
с разбитыми коленками,
свежими наклейками
из под жвачки,
но про это я уже написал;
самолёт трясёт до укачки,
но мы не заметим с земли:
грохот,
накал
и вибрации,
так вот, в любой ситуации
внутри — трясись,
снаружи — будь твёрд,
быть самолётом нужно;
камень упал,
а в размыленной луже
небо расчерчено, словно линейкой,
межстрочно плывут облака,
заметив,
взял хрустящую ветку
и на грязи наскрёб,
чтоб каждый прохожий
прочёл из под ног,
убрал зонт,
дождевик
и хмурые брови,
похожие на изголовье кровати:
дубовой,
добротной,
к слову,
боюсь однажды пройти
мимоходом
и ничего не заметить
в пути:
ни самолёта,
ни мальчика,
ни камня,
ни лужи,
ни рифмы.
***
© Copyright: Эдуард Байлов, 2017
Свидетельство о публикации №117070600034
Свидетельство о публикации №117070600034
Рецензии