А запах у смерти мерзкий...

Война до сих пор ей снится...
(Хотя ей почти девяносто)
События, даты, лица
Тех лет встают перед ней.
Она говорит: боится
Тех снов о делах холокоста,
Как-будто и не было после
Спокойных ночей и дней...
Как-будто война осталась
В её голове и сердце
Не вынутой пулей-дурой,
Осколком, что не достать!
И вроде спокойная старость
Взамен неспокойному детству,
Но только приходит также
Во снах, чтоб проститься, мать...
Тот взрыв помнит по соседству,
Подружкины части тела,
Которые собирали,
Чтоб просто похоронить...
"А запах у смерти мерзкий", -
Она говорит несмело,
А снова твердит, как хотелось
Простого подарка - жить.
Она говорит, что помнит,
Хотя и забыть бы нужно,
О том, как враги считали
Их свиньями... Не людьми.
И как на холодной шее
Был узел затянут туже
У раненого солдата,
Казнённого пред детьми...
Уверенный стан немецкий,
Расстрелы семей еврейских...
Она не из книжек знает,
Войну без каких-то прикрас...
"А запах у смерти мерзкий",-
Она опять повторяет,
И слёзы в ладони прячет,
Не в сотый, а в тысячный раз...