Старый город в конце декабря

   
      
                Вдоль  всей  Фонтанки  фонари   
                бегут  на  Невский  цепью  жёлтой.            
                Там  белым  заревом  горит,
                вздыхает  город,  жаждут  толпы.               
   
    А  здесь,  на  набережной  -  тишина...  покой...   
    Чёрная   вода   реки  наплывает  на серый  лед. 
    Жёлтый свет фонарей золотит огромные белые сугробы.
    В  синем  влажном  сумраке  таинственно  тонут  дома  и  будто  отодвигаются,  расширяя  пространство.
    Высоко  в тёмном небе сиреневый просвет между облаками. Он притягивает  взгляд, словно одинокое освещённое окно.
    Неяркие насыщенные  краски вечера напоминают мерцание пёстрого бисера при свече. Тихая радость наполняет душу.
   Повернёшь   в  Щербаков -  там   темно,   только  несколько  окон    светятся наверху  и  в  одном  уже  мигает  разноцветными  лампочками  ёлка.
    Из  двора  направо   доносятся,  как будто  издалека,  серебряные  детские   голоса (так  поздно  гуляют).
    Узкая  щель  переулка  -  словно  дверь  в  другое  время,   лет  на  100  назад , такой  здесь  устоявшийся  покой  и уют, абсолютная нереальность.
    Но вот слева, картинкой из страшной сказки выплывает Новый Владимирский Пассаж. Старинный  знакомый  дом  подсвечен  красно-зелёными   тусклыми  огнями.   Он стоит чужой  и зловещий, похожий на Кащеев чертог.
    И  только  на   другой  стороне  Владимирского   мир  опять  обретает  реальность:  спокойно  белеет  храм,    у входа в метро  роятся  люди.  Привычные  звуки,  обычные краски. 
Словно  захлопнулась  книга.
                Декабрь  2003 г.