Глава вторая

               

От мгновений чудовищной боли - резей,
кои рождением своим я «подносил» …
маме моей – надо: «вседенно, тверёзо
покаянность прощенья просить, что есть сил!»
Не только у мамы – у женщин Вселенной,
коим - доверена Богом - роль матерей!
Чтобы жизнь на планете длилась нетленной,
Он им вручил ключики к распахам дверей.

…Недели мчали – подходил четвёртый год.
Брательник старший пойти был должен в школу.
Явилась азбука в семью среди хлопот.
Букварь смутил меня! Совершить крамолу?!
Достал я книжечку, лощённую под гладь,
раскрыл страницу, где «мама мыла раму» –
да вознамерился вдруг это прочитать,
как почтальон наш, принёсший телеграмму.
А буквы прыгали: то в россыпь, то в кульбит!
Уже вдруг рама рассыпала все стёкла! –
Картинка «мама» ожила и говорит:
- Сложь кубики! Прочтёшь, в мгновение ока!

…Вот так освоен был мой первый в жизни слог!
А пена рамы со лба проникла в книгу.
Остановить её тогда никак не смог –
страницы слиплись, брат показал мне «фигу».
Отходчив сердцем был старший мой братан!
Вечерами – за своей «домашкой» сидя –
давал рассматривать букварик, что экран
пылко страстного божественного вида.
Я проникался волшебством иных словес
к ярой дрожи в заколдованные руки:
так солнца лучик мне дарил тепло небес;
хвойный лес шумел стволами не от скуки.
Но впереди летел до выси сферы шар –
посланцем истины от чудесной Были!
Уже тогда мной ощутим, был слова жар
в полёте мысли – чтобы угрюмо стыли:
пустая прихоть нигилизма к естеству;
предел условный в дань безмятежной доли;
немая склонность срока жизни к баловству
и - несомненно - прохладность к чужой роли.

…А, сколь прекрасны были первые стихи!
«В лесу родилась ёлочка»! - Как читалось!
Казалось, мир все превзошёл свои грехи?!
В райские кущи идти осталось малость?!
Я помню сны, что в пелерине облаков –
где серых пташек неведомые «тучи»
кружили небеса, а роль больших богов
являл забавно весёлый солнца лучик!

…Прекрасная пора! Идут вперёд года.
Мне скоро в школу идти дорогой знаний!
А случай с азбукой – подсказка навсегда:
слова волшебны при доброте желаний!

…Наверно, так, вершилась яви моей гладь?!
Знающий боль нутром не допустит боли
туда, где чуть иссякла божья благодать,
где приослабла чуть крепость здравой воли.
Близок несчастий лабиринт к устоям зла.
А слово доброе – что колесница века –
вмиг споро вывезет из мрачного угла,
приободрит, чуть-чуть, статус человека!

                ***


Рецензии