Руки её никто...

Руки ее никто не попросил.
Ребенок был зачат не от любви:
Сопротивляться не хватило сил,
А, тот, в угаре пьяном завалил.

Поплакала тихонько в уголке,
Почистилась от грязи,  как могла.
Что проку - дурака  винить  в грехе...
И  жаловаться  к людям  не пошла.

Соседушек  замучает молва,
Судачить будут долго,  осуждать,
Промолвят: «Виновата мол сама.
Не объяснить им... и не доказать.

Такая видно выпала судьба.
Забуду. Буду дальше  просто жить.
Быть может будет жизнь  ко мне добра,
Когда-нибудь смогу и я  любить.

А дни бежали,  и однажды, вдруг,
Жизнь новую услышала  в себе,
И, бешеный почувствовав  испуг. 
Подумала: «О, ужас, я в  беде!»

Что делать? Как  позора избежать?
Узнают,  что родные  скажут  мне?
О боже! Ну,  какая к черту, мать!
Одна с дитем, от  дома  в стороне.

Немедленно к врачу...Иль нет,  постой...
Живой он... Он же тоже хочет жить!
Ох, что же делать? Как мне быть с тобой?
Не  стану,  не могу  убийцей быть.

Забилось  сердце  матери в груди:
«Ведь  это и моя родная кровь!»
К тому,  кто  жил  теперь у ней  внутри,
Родилась  Материнская любовь.

И поняла она, что будет мамой
Для малыша родного  лучшей самой.

ЛГ