Вопрос о наивных переменах

Угостись чаем
всяк,
кто послушать
пришел
или
выслушать,
каждый,
кто тайно
груб
или наружно
нежен.
Сегодня,
глефами мыслей
себя
в решето
выспрошу,
выутюжив
подошвой
почву
манежа.

Понравится ли,
как яблони
гибнут
белизной сада?
Как
голод
аорт
людских
в
войне
весенней
мучается?-
Смотрите ж,
как стены,
забытого всеми
театра,
в
гимне
аплодисментов,
словами
обрушатся.

И останется
тело
на кости
сарафаном
нанизанное,
Такое-
бери
только,
да
жалуйся
вечность
после.
А если б ,
не из
фетра
жил
ткалось,
это,
облизанное,
то
жило б
мантией
тринадцатого
апостола.

Или бурей
на
во тьме
Атлантиды,
чей
лик
пьет
перемен,
скрипящий,
ржавый
рот!
Люд
думает:
перемены-
дело
человечьей
силы,
а по факту :
перемены-
неизвестный
нам
рок.

Ну как рок,
в метафорах
разве
целованных,
брошенных
баней
искусанных
губ-
мнение
рваное,
всем вам -
счастливым,
чужим,
и судьбой
избалованным,
как скандал,
ищущий себе
оправдание .

Как в словах
Цоя,
на смысл
бесстыдно
позарившихся,
подъездными
частушками
в трёх
аккордах
вытесненных,
так и глас
перемен -
песней
неандертальцев,
сегодня,
я,
хочу
в лица
вам
выплеснуть.

О любви хотите,
реформах
да
метаморфозах?
Чем вам
не перемен
сущий
ад,
скалящий
личико?!
Хотите
о том,
что
в четырех камерном
сидит,
присосавшись
занозой-
расскажу,
какая
там
тварь-
милочка?!

Так,слушайте же:
Один,
два,
три...
и я какой-то
по счету-
твой
был.
Серийным
номером
падали
дни,
как на
Болотной
площади
головы
казнённых.

И что там хорошего,
в
этой
потрепанной
мерзости?
Шатался
нежным-
вино,цветы,
бусы,
страсть!
Стихи писал
Асадово-
Есенинские-
портил слог,
чтобы
ты завлеклась!

Ну а ты-
кровожадной
Сехмет
была
рядом.
Выгранивал
имя твоё
в
строфах своих,
мрущий,
старался
вырваться
из
львиных лап
твоих
шелкопрядом,
и
сбежать
от
изумрудных
глаз
твоих
вездесущих.

В шестнадцать,
мир
ведь
казался
огромней.
А луна,
думалось:
светит,
а не отражает
солнце.
И средь
всех
диезов
громыхающей
боли-
ты одна
для
них
была-
королева
бемолей.

А я паж,
ползал
у ног
твоих
тенью-
глупый,
в конвульсиях,
что тебя
другим
увели
любить,
когда
черемуха
излиняла,
испушилась
метелью
лютой,
ты сожгла
все
сады
где был я-
не желаемый
уходить.

Ну же,
оставляй
меня
рядом !-
вертелось,
мыслями.
Хочешь,
звёзды
мешать
буду,
как манную
кашу
небесной
бездны?
Не хочешь?
Холодная?!
Тогда не жалея-
выстрелю,
грубостью
рук своих,
ломающих
неизвестность.

И по кругу
так.
Только
феном
голову
изнутри
высушив-
поймешь,
какой был
дурак,
какой
слабый
был
переменам
писарщик.