Португалия -Россия 3

Сирота.

-От соседей часто слышу,
что теперь я сирота,
хмыкнул дворник дядя Миша,
- у меня картина та ж.

 Я малец поры военной,
был детдомовских гроза...
и в глазищах здоровенных,
вижу, светится слеза.

- Батя мой погиб под Веной,
мать под Минском бугорок,
вижу я и ты почтенный,
как котёнок одинок.

 Знаю я твоих скитальцев,
наплодили и айда,
итальянцы, португальцы,
еть их матерь, сволота.

- Мне бы взять, да и ответить,
но дворник наш всегда в дугу,
а в гостях у тёти Светы
я ругаться не могу.

 Мне бабуба говорила,
- взрослых надо уважать,
- подростёшь, поймёшь,
мой милый
и про папку и про мать.

- Ты, дядь Миш, не тронь
святое,
я, хоть был тогда и мал,
своё детство золотое
никому бы не отдал.

 Мама с папой жили дружно,
нас с сестрой хОлили впрок,
словно знали, в странах южных
уготован им порог.

 Папа бредил жигулями,
все шутили, в них он жил,
но зато домой утрами
без конфет не приходил.

 А когда на ИФЕ ездил,
стране картошку продавал,
мне насыпал в копилку меди
и я кредиты всем давал.

 Чаще ласков был с сестрёнкой,
ты - мужчина, говорил,
говорил из всех девчонок,
нашу маму он любил.

 Был немножко суроватый,
среди соседей нервным слыл,
десять лет служил солдатом,
а вина совсем не пил.

 Мама даже говорила,
- лучше б пил, что за мужик,
мол, уровняет всех могила,
а он здоровьем дорожит.

 А бывало спать уложит,
да так прижмется горячо
и всё это подытожит
"там за печкою сверчок".

 Он не то чтоб был певучий,
всё пример с бабубы брал,
так скажу, молчал бы лучше,
в тишине я крепче спал.

 Помню памперсы, ходули
и погремушек миллион,
помню, как бассейн надули,
но оказался мелким он.

 Я, дядь Миш, почти с роддома,
нырял в бассейне ДОСААФ,
в комсомолке, как феномен,
был на первых полосах.

 От того я крепкий дюже,
что крёстный мой из докторов,
я с ним из бани, даже в стужу,
выходил подкинуть дров.

 А когда на хутор в чаще
приезжала вся родня,
вечер тишиной звенящей,
собирал нас у огня.

 Дядям, тётям и кузэнам
папа ставил всем палатки
и Барсик в даче здоровенной
ночь играл с мышами в прятки.

 А когда рассветный лучик
нас будил сквозь сосен рать,
мы на пни садились в кучу,
в монополию играть.

 Шутили все-ума палата,
да, мы Станкевичи шустры,
как Егорушкин я хваток,
остальное от сестры.

 Нелегко за ней тянутся,
как никак четвёртый класс,
мама с папою вернутся
и всё наладится у нас.

 Этот день не за горами,
обещают к февралю,
они звонЯт нам вечерами,
я в ответ всегда,
- л ю б л ю.

 И папа часто пишет письма,
режет рифмой прямо в бровь,
у него не просто мысли,
у него "сплошна" любовь.

 Так что зря обидным словом,
ты меня оклеветал,
у меня родни любому
я б такую пожелал.

 И бабы зря о том судачат
но можно долго воду лить,
прости дядь Миш, пора на дачу,
с дедом "бум" дрова рубить.

 В.Е.

1999 г.
 так было
и уже никогда
не будет.