Ответ Сергею Мурзинскому

Ах, сударь, сударь… Мы тогда не знали
Простых суждений собственной игры.
Пребудут все о том мои печали.
И, слава Богу, разошлись миры!

Каких страстей тебе являлось пламя?
Роскошная игрушка – в чьей руке?
Где подобрал любви обильной знамя?
Не говорю уже о мотыльке…

Ты, увлеченный странною игрою,
В глазах моих не видел тьму и боль.
Я тайну страшную тебе открою,
Не вовремя, но все-таки позволь:

Когда ты шел прямой дорогой к Богу,
В душе моей угас священный свет;
И я смотрела на твою дорогу,
Тебе во благо повторяя – «Нет!»

Не надо страсти, пламенных объятий:
Прошла моя весенняя пора,
Мне хватит одиночества проклятий,
Немного звёзд и пламени костра.

Кто, на листах судьбы малюя кровью,
В огне вселенском душу прожигал,
Того, увы, не воскресить любовью,
Тому и космос беспредельно мал.

Огнем любви твое согрето ложе,
Но не ищи меня среди огней –
Меня свобода делает сильней,
Мне слезы одиночества дороже.

сентябрь 2010