Ночь, луна, стихи, вино!

В назидание живущим,
В темно – синей пустоте,
Месяц хмурится все пуще,
Шьет заплаты на холсте.

Холст черненый с позолотой.
Дорог ткани каждый дюйм.
Бесшабашно, беззаботно
Люди дрявят звездный дюн.

Самолетами взрезают,
Бирюзовый небосвод.
Звездолеты запускают,
Ищут в космосе приют.

Вот опять крылом ракеты
Распластали полотно.
Зацепился хвост кометы
За суконное руно.

Бок луны застрял в прорехе,
Виден только край чуть – чуть.
Звезды задрожали в смехе,
Как дыру теперь сомкнуть?

Десять дней чинили небо,
Месяц злился, но латал.
Наконец – то лунным хлебом
В черном небе засиял.

Не полушкой, четвертинкой,
Кругом полным серебра,
Справа -  млечная тропинка
в макрокосмос повела.

Вот и мне совсем не спится,
Лунный свет проник в окно
Заварю глинтвейн с корицей.
Ночь, луна, стихи, вино!
В назидание живущим,
В темно – синей пустоте,
Месяц хмурится все пуще,
Шьет заплаты на холсте.

Холст черненый с позолотой.
Дорог ткани каждый дюйм.
Бесшабашно, беззаботно
Люди дрявят звездный дюн.

Самолетами взрезают,
Бирюзовый небосвод.
Звездолеты запускают,
Ищут в космосе приют.

Вот опять крылом ракеты
Распластали полотно.
Зацепился хвост кометы
За суконное руно.

Бок луны застрял в прорехе,
Виден только край чуть – чуть.
Звезды задрожали в смехе,
Как дыру теперь сомкнуть?

Десять дней чинили небо,
Месяц злился, но латал.
Наконец – то лунным хлебом
В черном небе засиял.

Не полушкой, четвертинкой,
Кругом полным серебра,
Справа -  млечная тропинка
в макрокосмос повела.

Вот и мне совсем не спится,
Лунный свет проник в окно
Заварю глинтвейн с корицей.
Ночь, луна, стихи, вино!