Голубая птица

Голубая птица

В перчатках, упоительно лазурных,
На лабутенах, будто на котурнах!

Подружки затянули мне корсет,
А на чулки сгодился лунный свет.

Плюс крепдешиновые шарфа крылья,
И каблуков серебряные клинья.

Сегодня я по улице иду
В наряде новом -
Голубая птица.

Но улица не ценит красоту.
И не торопит счастье сбыться.

Хочу, чтоб целовали облака
Меня, как в давней песенке, слегка.

Чтоб ветер перестал!
Чтоб мальчик встречный
Вслед прошептал: Ты идеал мой вечный!»

Но вот, летит снежинка на плечо.
Так холодно, что даже горячо.

Метель!
Уже  не Голубая Птица,
Я только в снежной колеснице спица.

Не райский Сирин — белая ворона,
В семи котлах вареная.

Пропала пташка: хвать за коготок,
Ощиплют пух с тебя, и в кипяток.

Во щи попалась я, или в ощип,
Нет разницы, в охрипшем горле шип.

Увы, осуществятся на земле
Желания, лишь выкипев в котле.

Глотай же снег, а после – в слезы выжмешь.
Или златым стихотвореньем выжжешь.

Рассыпаться бы в бисер, испариться,
Набега инфлюэнцы жду, как принца.

Свалившись с воспалением гортани,
Хоть на пять дней забудешь о гордыни.
Любви, быть может, не было в помине,
А только лихорадки нарастанье.

Взросленья трепетанье...

Но кажется, вот-вот уже, чуть-чуть,
И  шубу надоевшую воронью
Сорву я с жизни, обнажая суть.

Ее сиянье, благодать, ворованную.