Шаражкины конторы. Памяти С. П. Королева

Судимые по ложному доносу,
По ходкой политической статье,
Они махали Каниному Носу,
Ямалу, Колыме, Аму-Дарье.

Махали не рукой - кайлом и ломом,
В тайге на лесосеке -топором.
Великие умы каменоломен
Заполоняли зековский паром.

Пройдя лишь в букве от расстрельной пули,
В карьере не сломив исканий дух,
Они в фанерном зековском бауле
Несли отчизне будущий триумф.

Когда страна с другой вступала в споры,
Их собирали под надзор шараг -
В секретные КБ, НИИ, конторы,
Откуда ходу было ни на шаг.

И в лагерных шаражкиных конторах,
За прорезью прицелов ППШ,
Рождались созиданья, от которых
Вспоет потом российская душа.

Так было и с ракетой Королева,
И с ядерным щитом на много лет.
Шаражкины конторы свое слово
Озвучили на весь остатний свет.

Немедленное «Поехали!» на старте,
Которому в годах звучит повтор,
Как песне про космические карты,
Рождалось из шаражкиных контор!

За первый запуск в космос человека
Сам Нобель наградил бы весь ГУЛАГ.
Но власть держала втайне имя зека,
Которого в шаражке стерегла.

И скрытый от публичности конструктор
Был нобелевским оком обойден.
Хотя его космическое утро
Навеки звездным пролилось дождем.

Уходят годы, наш язык меняя,
Путь к памяти устлав шипами роз.
И вот уж несуразная кривая
Подводит пласт истории под снос.

Теперь шарага - не семья ученых,
Творивших в заточенье честь страны,
А лишь синоним неприглядной, черной
Работы, сплошь лишенной новизны.

Придав шаражкам бранное звучанье,
Мы не поймем трагизм былых побед,
В остроге не попьем пустого чая,
За дверью ожидая новых бед.

Мы скопом, всей страной, не осознаем,
Как «враг народа» поднимал народ
Под новое торжественное знамя,
Где нашей эры засиял восход.

Меня пронзят недоуменным взором,
Но только против аргументов нет:
Сравняется с шаражкиной конторой
Отнюдь не всякий университет.