Двадцать первая утопия

Мой пластмассовый мир
Состоит из ненужных вещей,
Из богатых и бедных,
Из добрых и вредных,
И прочих безумных клещей.

Этот мир — злая, скверная бабка,
Что делает подтяжки лица,
Как непослушная дочь,
Не слушая наставлений Отца.

Вещи и техника — век управления.
Если ты бедный, то ты одинок.
На голову — венок, и поддайся забвению.
Их статус, их положение, бренд.

Мой статус — воображение, бред.
Если бы одиночество было грехом,
Не описать те мучения этим стихом.

Обложка и маски, фальшивые сказки.
Твои лживые глазки не обманут меня.
Мой внутренний мир окаменел.
Никогда от любви я не пьянел.

Этот мир — манекен, и люди в нём — куклы,
Как кирпичные стены, разбитые стёкла.
И вроде свободен я — вот они, крылья,
И вроде в темнице я, тону от бессилья.

Каков мой путь? Какая дорога?
Воздух как ртуть, я стою у порога.
Вот бы сбежать, скрыться, исчезнуть —
Ведь к этому веку невозможно привыкнуть!