Из записной книжки

 

                Чуден Днепр при тихой погоде...

                Я тоже помню эти дни,
                И улицы, и переулки,
                И их зловещие огни,
                И топот, медленный и гулкий...
                Он замирал и снова рос,
                Неотвратимый и мятежный.
                Как смерть, как горечь поздних слез
                Перед разлукой неизбежной.
                Усталый свет ночной звезды,
                Заря, окрашенная кровью.
                Заиндевевшие сады
                Сбегали, жались к Приднепровью.
                Туман. Рассвет. Сырая мгла.
                Под снегом тополи седые.
                Во мгле, в тумане купола,
                Старинные и золотые.
                И вдруг... какой-то дальний стон,
                И зов бессильный, бесполезный.
                И крик, и рык, и скок, и звон,
                И конский храп, и лязг железный.
                Взлетели. Скачут. Близко. Вот!
                Уже не видят и не слышат.
                По низким лбам струится пот.
                Свистят. Ревут. И паром дышат.
                Какой забытый, древний сказ
                Восстановил из страшной были
                И эти щели вместо глаз,
                И выступ скул и сухожилий,
                И темных лиц пещерный склад,
                И лоб, проросший шерстью длинной,
                И водяной, прозрачный взгляд
                Тысячелетний и звериный?!..
                О, эта киевская ночь,
                Которой нет конца и края...
                Все в мире можно превозмочь -
                И отойти от скорби прочь,
                Благословляя и прощая.
                Понять. Простить. Но не забыть!
                Забыть той ночи невозможно.
                Ее нельзя душе изжить.
                И будет вечно сердце ныть
                И замирать в груди тревожно.
                И, свято в памяти храня
                Давно прошедшее, былое,
                Я говорю на склоне дня:
                - Пусть будет чуден без меня
                И Днепр, и многое другое...

                1927