Колыбельная себе

Раз уж собрались, так ехайте, ехайте. –
Что там, судьба – не судьба.
С медленным скрипом и будто бы нехотя,
С места качнулась арба.
Молнии к ночи укутаны тучею,
Станут сверкать про колов.
Тянет и тянет телегу скрипучую
Пара упрямых волов.
Я говорил на прощанье: «Жди меня».
Думал вернусь, - черта с два.
Нет у меня ничего, даже имени, -
Ванька не помнит родства.
Где тот теперь образок с Богоматерью.
Знать бы хоть, где те кресты.
Что впереди, - то ль дороженька скатертью,
То ли воловьи хвосты.
Может и правда, как некогда, ждёт она,
Глядя в пустые углы.
С грязью земля на колёса намотаны.
Тянут и тянут волы.
Скачет, петляя меж звёздами, конница.
Звёзды, как лунки во льду.
Ветер и рожь, что под ветром не клонится,
Я себе там заведу.
Будет вода и дорога стоялая.
В рост человека хлеба.
Лишь бы волами влекома, усталая,
Не завалилась арба.
Звёзды б огней нежилых не напомнили
Ваньке – Не – Помню – Родни.
Поздно… Из туч вырываются молнии.
Спи, моя радость, усни.