Пять минут из пяти лет

                Посвящается отцу,
                гвардии рядовому,
                Непейцеву Михаилу Степановичу



                Война тяжелый ратный труд.
                Поэзии в рассказе нет,
                События на пять минут
                Из тех пяти военных лет..



Отец не любил говорить про войну,
Он не был разведчик, он не был сапёр,
Он не был героем и не был в плену,
Но был первоклассный шофёр.

Как он шутил: сугубо штатский человек,
Хоть две войны пришлось ему пройти.
Так вышло, что и в двадцать первый век
Ведут нас фронтовые те пути.
Рассказ короткий своего отца
Передаю от первого лица.


                I

Есть у войны два края,
Кто хочет – тот поймёт.
Где бой – передовая,
За нею - тыл идёт.

По роду своей службы
Я всюду парень свой,
Из тыла всё, что нужно,
Везу к передовой.

Всегда со смертью рядом
(В народе говорят),
Туда везу снаряды
И кухню для солдат,

Везу Туда здоровых,
Совсем ещё юнцов,
Назад везу двухсотых
И раненных бойцов.

Хоть нет ещё тридцатки,
Уже седой как дед,
Игра со смертью в прятки
Волос меняет цвет.

И мысли распрямляет –
- Вопрос стоит один:
Иль вместе погибаем,
Иль вместе победим!


          II

Маршрут – передовая,
Дорога – колея,
Разбитая, кривая
Идёт через поля.

Стоят поля без хлеба…
… Родная сторона
Стрижи летят по небу,
А на земле – война.

Мотор гудит с натугой;
Тяжёлый нынче груз.
С машиною, как с другом,
Я мыслями делюсь.

Мне выспаться бы надо,
Вздремнуть ну хоть часок,
Но в кузове снаряды,
Приказ – доставить в срок.

Вдруг звук другой – тягучий,
(Что значит - не везёт!),
Как чёрт из белой тучи
С крестами самолёт.

Фонтанчики из пыли
Левее у колёс
Из-под земли забили,
(Похоже - началось!),

Всегда так начинается:
Заметит немец цель,
Сперва поиздевается,
Настроит свой прицел.

Пронёсся над кабиной,
Опять пошёл в облёт,
Пока плюётся мимо -
В дорогу пулемёт…


          III


Вот сделал круг, и сзади прёт,
Играет, видно, смерть со мной,
Хохочет сволочь, скалит рот,
Свистя, летит над головой.

Всё впору бросить да бежать,
И слиться с серою землёй,
Но Там снаряды будут ждать,
(Там – то есть на передовой)
Да будь ты Мессер! Будь ты Шмидт!
Так ведь и я не лыком шит!

Давай родной автомобиль!
Не подведи, железный друг!
Мотор трофейный помоги,
Надежда вся – баранки круг.

Кручу её, на нервах весь,
Пот застилает мне глаза,
Ещё посмотрим! Шанс ведь есть!
Разгон! … И вновь по тормозам!

Пытаюсь как-то сбить прицел,
Хоть выжить шанс – один из ста,
Поможет случай – буду цел,
А нет – так голова в кустах…

Бывает случай на войне,
Картину может изменить,
Ну всё – хана! Подумал, мне
Здесь больше нечего ловить,

Тут словно туз из рукава,
(Уже надежды свет иссяк,
услышал Бог мои слова),
И в небе появился «ЯК»

Мелькнул в пике на вражескую тень,
Вот уже «Юнкерс» как  мишень!
… Фенита! … Задымился! … Сбит! …
Как факел на земле горит.

Лишь к небу чёрный дым густой,
Зачем ты, немец молодой,
Летел сюда? … Искать  наград?
Ну и нашёл? ... Фашистский гад!

А истребитель, сделав круг,
Махнул мне на послед крылом,
(Спасибо! … Асс! … Спасибо, друг! …)
… И скрылся в небе голубом.


                IV


Стрижи летят по небу,
Отец рассказ закончил,
Эх, если б знать бы мне бы,
Где тот Советский лётчик,

Кто словно ангел во плоти,
Явившись в судьбоносный час,
Сумел отца тогда спасти,
(Он тоже выполнял приказ)
… Отличный парень – русский Асс!

Где ты, спаситель? ... Отзовись!
Невольно взгляд уходит ввысь,
Быть может, там его душа
Средь облаков нашла приют,
Летит по небу не спеша,
Ей песни ангелы поют….

. . . . . . . . . . . . . . . .

Им  нет числа солдатам тем,
Кто мир спасли от злой чумы,
Их память дорога нам всем,
Они – герои той войны.

И кто бы что ни говорил,
Их подвиг вечно будет жить.
Кто мир собою заслонил,
Тех никому не очернить.

И память время не сотрёт,
Она навек в душе у нас.
Простой шофёр и лётчик Асс,
Им всем, кто Землю нашу спас,
Вовеки слава и почёт
От тех, в ком кровь Славян течёт!


                V


Я в детстве с вопросом к отцу приставал:
«Скажи мне, отец, ты за что воевал?»
Он шлёпнет тихонько пониже спины:
«За то, чтобы люди не знали войны!»

«Скажи мне, отец, - снова спрашивал я, -
А где же твои фронтовые друзья?»
Закурит, бывало, и тихо в ответ:
«О многих не знаю, а многих уж нет»…

Припомню с тех пор выраженье лица,
Когда о врагах я спросил у отца:
Как взгляд изменился, жесток стал, суров.
Пацан был смышлёный – всё понял без слов.

Прошло много лет, поредели ряды
Бойцов, что планету спасли от беды,
Им вечная слава и вечный покой,
Героям, страну заслонившим собой…

… Отец не любил говорить про войну,
Напротив - старался быстрее забыть.
Его уже нет, но Победы весну
Он нам завещал и просил сохранить.

Он всё прошёл, и Бог ему помог,
На перекрёстках фронтовых дорог
Победа – его ратных дел итог,
Он выжил, чтобы я родиться смог,
И пусть моя теперь седая  голова,
Я помню завещанье и слова,
И сохраню в душе, что говорил
Отец – солдат – Непейцев Михаил.