Москвичка
Щекой упёршись на кулак;
Глазами, мыкаясь по карте,
Искал "навязанный" Ирак;
Науке скучной не внимая,
Дремал под бременем "невзгод"
И, сам себя воображая,
Прожекты строил наперёд.
А в них зловредной классной даме
И прочих мук учителям
"Копал" с усердием по яме -
Достойной мере их делам.
И там гнобил: резвясь, азартно,
Как только может мстить пострел;
Но вдруг, одёрнутый внезапно,
Смущённо ёжился, краснел;
Вода Евфрата "растекалась"
По карте слёзной пеленой
И жизнь тогда ему казалась
Непоправимою бедой.
---
Случилось то, что отлучает
Поступки наши от мозгов,
Чего никто не понимает
Из толкований мудрецов:
Любовь... любовь... Сумбур гормонов,
Надрыв души, конфуз ума,
Метанья чокнутых нейронов,
Бессвязных будней кутерьма.
Кто был влюблён, тот сед по брюхо
И будет рад уже тому,
Что близлежащая старуха
Не обязует ни к чему.
Тот вспоминает с изумленьем
Тогдашний день и даже миг,
Когда в похмельном озлобленьи
Амур пинком его настиг.
---
Лицом девица Виталина
Была безвыигрышно проста,
К тому же, весила детина,
По всем прикидкам, больше ста.
Бока, ножищи, череп, руки -
Всё было слеплено "не так",
Как будто Бог ваял от скуки,
Зевая, глядя на "Спартак".
Вдобавок дама заикалась -
Проблемы были с буквой "эМ-м".
Но и краснеть не собиралась.
С чего краснеть-то ей? Зачем?
Вся штука в том, что Виталина
Плевать хотела на дефект!
Какая там ещё "кручина"?
Респект ей важен был! Рес-пект.
Идя к доске, положим, классной,
Смахнув намеренно журнал,
Она смеялась громогласно
А класс натянуто молчал;
На переменах, зычно воя,
Щипала мальчиков за бок,
Потом тащила за собою
Охапкой прямо на урок.
Что учудила - всё не злобно,
Всё простодушно, без обид.
Детишкам было с ней удобно
И не пугал их габарит.
---
Илья увидел Виталину
Впервые где-то в феврале
И, как у всякого мужчины,
Сомкнулись складки на челе.
От удивления без меры
Он перестал прилюдно спать
И даже длинные примеры
Старался ровненько списать.
"Как клёво быть самим собою!
Не постесняться быть собой... -
Такой завзятой простотою
Сразила мысль его покой.
Вдогонку мысль усугубилась
Подсказкой скрытного ума. -
Что б жизнь моя переменилась,
Держаться надо, как она!"
Нарыл тетрадку из пакета
И отчебучил манифест:
"Куплю рубаху из вельвета;
Шмаляю только красный West;
Зачёс на ухо отвергаю;
Стригусь отныне наголо;
За партой спину не сгибаю;
Хамлю намеренно и зло."
И уж не знаю, то ли с пылу,
Иль что бы ярче был аккорд,
Вложил всю творческую силу
В пассаж: "I"d love to Change the World"
---
Читатель прыткий "плюс двенадцать",
Коль ты дошёл до этих строк,
Повремени ещё чуток -
Мне надо духом подсобраться
И честно выписать итог.
Порой случается такое,
Что лучше правды и не знать:
Спокойно есть, спокойно спать;
Но обернёшься - всё пустое -
Она плетётся за тобою
И жалко сирую погнать.
В Илью влюбилась Виталина
И родила в пятнадцать лет.
А эта лысая скотина
Повёл себя, как мерзкий шкет.
Сбежал, трусливо бросив даму!
Я отмудохал бы его!
Я крёстным был его Ивану.
Быть "крёстным" горю - каково?!
Она в посёлке Коммунарка
Снимает комнату с сестрой.
Ночами в здешней кочегарке
Изводит жаром Шар Земной.
Последний раз я к ней по грязи
Добрался год тому назад.
Она зашлась в таком экстазе,
Что я и сам-то был не рад.
Трясла меня, в "тисках" сжимала,
Ладонью шмякала: "М-мужик!"
Блинами с тыквой угощала.
От тыквы я совсем отвык...
Хотела петь, да и запела,
Пока Иван не стал орать.
Всё ущипнуть за зад хотела,
В пупок грозилась целовать.
Я не давался, корчил рожи -
Не совратишь, мол, до греха...
Перед уходом ляпнул всё же:
"Тебе бы, дура, жениха..."
Обмякла сразу и присела.
И был такой несчастный вид...
Ей разом всё осточертело.
Ей разреветься бы навзрыд!
Нет! Совладала... На прощанье
Под мышку сунула кулёк.
Я не стерпел её мычанья,
Кивнул и вышел за порог.
Свидетельство о публикации №117030706355