В печали темной в школу я тащился...

В печали темной
В школу я
Тащился.
Вся моя судьба
Пред взором вихрем пронеслась,
Слезой в душе отозвалась,
И я был страшен в этот миг,
Как разъярённый ученик.
Увы, я знаний не желал!
За что?! За что
Я так страдал?!


Ученья храм
Добил меня.
Кровавым всполохом заря
Мне освещала в школу путь,
Он прям, и некуда свернуть.
Я разве многого желал?
Глоток свободы - идеал,
Недостижимая мечта,
Меня дотла она сожгла.
И я лелеял дивный план,
Великолепнейший обман,
Чтоб диктатуры школьный бой
Сменить на либеральный строй.


Но проходили дни, года,
Учиться продолжал все я,
Летели классы, как мгновения,
Давно уж лопнуло терпение,
Менялись лозунги, воззвания,
Министры, преобразования,
Но ужасающий гнойник
В системе школьной все ж возник.
Но корень зла искоренить
И древо сгнившее срубить
Системы, убивавшей знанья,
Внедряющей одни страданья,
Никто не смел -
И вот судьба
В герои выбрала меня...


Урок был первый.
Как во сне
На нем я пробыл.
Жутко мне
Сие занятие вспоминать,
Однако ж
Примусь повествовать.
Я за минуту до звонка
Уж прибыл в школу.
Не легка
Судьба была моя тогда:
Ведь я свой пропуск позабыл,
Охрану не предупредил,
Скакать чрез турникет не стал,
Беспрекословно в плен сдаваясь.
Охранник Ваня, улыбаясь,
Меня в прихожей захватил
И, злой улыбкой ухмыляясь,
В ученья храм не пропустил.
Что было далее?
Лишь смутно
События помню:
Был звонок,
Толпа учеников живая
Ползла, стеная, на урок.
Она смиренно и покорно
Держала в кабинеты путь,
И, вырвавшись из плена Вани,
К собратьям смог и я примкнуть.
И вскоре был уже я в классе,
Где геометрии процесс
Полз еле-еле, не надеясь
Хоть на какой-нибудь прогресс.
Сначала вроде было тихо,
И все сверяли номера,
Но вдруг, как гром средь ясна неба,
Раздался вопль:
К нам пришла
Контрольная от министерства
Каких-то очень тайных дел!
Ее от двух часов уж пишут,
И это даже не предел!
Что началось...
Писали шпоры,
И ум последний
Страх застлал,
Кто на руке,
Кто прям на платье,
А кто-то даже в рот их клал.
Истошный вопль:
Умираю! -
Безумный улей поглотил,
Нервозный за соседней партой
Свой дух тихонько испустил.
А суматоха нарастала,
Метались дети как в бреду.
Я до сих пор
Прекрасно помню
Это горение в аду...