Chaphams Narcissus, 1591. Оригинал

Оригинал произведения Шампаня на латыни отсылает нас к первым строкам поэмы Шекспира "Венера и Адонис". В игровой форме это переложение античной легенды о Нарциссе символизирует жизнь и быт студентов привилегированных колледжей Оксфорда и Кембриджа. Однако автор, возможно более древний, среди тишины античных руин говорит с нами о непоправимой утрате Древнего Рима. К счастью, природа милосердна, вокруг просвещённых людей все еще живет прошлое, то знание, закон и образ жизни Рима, словно россыпи нарциссов возникли города-сателлиты, в которых живут римляне, семя от прошлых римлян. Основная "политическая" мысль поэмы: "Мы - римляне, наследники римлян!" Это, безусловно, произведение эпохи Ренессанса, античного Возрождения.


EPISTOLA
Вступление
Clarissimo et nobilissimo domino Henrico Comiti Southamptoniae
Johannes Clapham virtutis atque honoris incrementum multosque
annos felices exoptat.
Благочестивое итальянское гнездо Хенрикио Соустгемтонэлия относит нас к самому Фаусту Иогану Шампаню чья благородная фантазия высекла в камне эту счастливую поэму, относящую нас в те дали, где юноши - сыновья  от прекрасных богинь проводили дни в веселье и отдыхе среди нимф на лоне природы Эгейского полуострова.
Nonnihil vereor, illustrissime Domine, ne multis ego cum Narcisso
meo, cuius in his versibus errores descripsi, ipse etiam videar umbram
affectare propriam, et cum eodem prorsus insanire. Quid enim stultius
aut ineptius quam, cum tuto latere liceat, aliorum se iudicio
temere exponere, eaque in publicum proferre quae nihil aliud prae se
ferunt quam ingenii tantum levis atque otiosi indicium? Ceterum,
qualiscumque erit aliena de me opinio, haud male mecum agetur,
spero, si teneram hanc prolem, quasi iam postliminio natam, licet
multis forsan abortiva videri possit, honoris tui patrocinio dignam
existimaveris. Placeat ergo, honoratissime, quantuiumque hoc
poema sub nominis tui auspicio non infeliciter in lucem proditurum
ut certum animi erga te multum officiosi honorique tuo maxime
devoti testimonium excipere. Quod, cum perlegeris, si gratum tibi
esse intellexero, sat equidem habeo, sin aliter praeter optatum evenerit,
humiliter obsecro parcas erroribus meis, et umbram tantum
(quae nihil est) te vidisse arbitrere...
И тем не менее, это всего только копия, иллюстрация к привычкам этого Семейства, не помышляющего о судьбе Нарцисса древнегреческого юноши, однако было бы ошибкой утверждать о меньшем благородстве, чем знатное итальянская Мазонто, восходящее к Святому Граалю, времён лода Элронда и его "веранды неба". Скульптура того периода как и древние литературные памятники ранней христианской живописи сравнима с фресками индейцев майя по воинственности и славе. В цене работорговля и товар "чёрное золото"? Уже почти 1000-летие. Гетеросексуальность этих иноземцев по моему мнению и учению древних авторов философии эпикурейства, от этих мыслей немного бросает в жар, как и полагается маврам границ палеолита эллина Патрокла - периуда куриных мозгов Марии Магдалины. Возможно, это его стихи на древнегреческом. К чести автора поэма не христианская, и это приятно, что боле чем 240 поэтических литераций никак не связаны с этими двумя женщинами. Военное воспитание оксфордианцев отнюдь ожидается гомосексуальным во избежание связи с Ними. Алегьери и Парлегьери - эти семейные традиции периода Ренессанса осветили нам прошлое "венериков". Как! Луккул обедает у Луккула - таковы порядки научных фабул того времени, оскорбительное значение извращает традиции благородства, под тентом от солнца, почему бы нет.

Ver erat, et roseis surgens Aurora quadrigis
Liquerat Oceanum, cum Sol coepisset ab ortu
Praecipiti cursu noctes aequare diebus;
Turn iam nuda diu foliis et floribus arbor
Et secunda novo tellus velatur amictu;                5
С груди Океана на Розах почив поднималась Квадрига
Венеры Милосской как Солнце восходит на небе,
Что раковин створки раскрыло туда, где леса
Отдыхали в зелёном убранстве час от часу ярче.

Tum frondere nemus, lenti turgescere vites
Incipiunt, montesque et laeta virescere prata;
Undique per silvas volucrum concentus in auras
Labitur, et variis resonant clamoribus arva;
Tum stabulis audent pecudes exire, solentque                10
Ludere pastores calamis, dum valle relicta
Excelsis teneri saltant in montibus agni.
Замолк восхищённо древних поэтов поклонник
Знаток и действительный зритель трагедий Монтеки.
Ундины Серены кортеж провожали в сиянье
Обители бога, которого зов Громовержца,
Строеньем напоминавшем цветок огромной ромашки.
Большой Океан шампанского пенистый кубок.
И далее облако хладное синей Селены.

Est in secessu longe pulcherrima, dives,
Maximaque illarum gelidis quas alluit undis
Oceanus, variis terrae ditissima donis                15
Insula, qua graditur Phoebus, cum vespere sero
Tendit ad occasum, quae Fortunata vocatur.
Quippe sub imperio reginae virginis aucta
Floret, et aeterna fruitur secura quiete.
Hic ortus Narcissus erat pulcherrimus, atqui                20
Пятнистым китом он пасть разевая шептался,
Блестя на Восходе один квартеты хорала
Октавы природы родной королевства Оленей,
Кормила их фруктами мать Золотая корова.
Вот здесь и родился Нарцисс похож на ромашку.

Natus abortivus, iuvenis, quem luminis orba
Prosperitas genuit, peperitque Superbia vana,
Et tepido Erroris nutrivit Opinio lacte.
Grandis in hac terra silva est, ubi fertur Amoris
Aula dei caeci multis bene nota teneri.                25
Florida-ni fallor-dicta est, latissima silva,
Splendida, densa, virens, altis circumdata muris;
Nam semel ingressi vix inde revertere possunt.
Regia porta, micans auro, speciosa columnis,
Noctes atque dies patet ingredientibus, atqui                30
Non licet ingressis sine dextra numinis, idque
Per rigidos montes perque ardua saxa, redire.
Praeteriens portam facilis tibi trames utrimque
Consitus arboribus patulis aequi ordinis, illic
Mollia lascivae posuere cubilia Musae.                35
Hinc atque hinc nemus est et inextricabilis error.
Ulterius gradiens augusta palatia cernes
In quibus historiae veteres pinguntur eorum
Quos olim pharetratus Amor superaverat; illic
Herculis effigies telas et fila tenentis,                40
Quem, positis armis, niveo velamine cinctum
Undique formosae circumsedere puellae;
Quin et Abydeni tristis fortuna Leandri
Pingitur, ut tumidas nimis audax pernatat undas,
Ipse ratis, remi, tenerae quoque vela carinae,                45
Cuius ut adventum modo sperat amabilis Hero,
Persida nocturno male conscia flamma labori
Prodit, et-infandum-miseros extinguit amantes;
Illic magnanimus Troianae gloria gentis
Hector, et infelix Paris et furiosus Achilles;                50
0 ibi quae strages populorum et funera regum,
Magnorumque ducum, quos omnes una perire
Femina purpureasque animas effundere fecit;
Illic Scipiadae victores, impiger illic
Hannibal et magnus Caesar, duo fulmina belli,                55
Atque alii multi quos sub iuga dura redegit
Saevus Amor captos et de quibus ille triumphat.
Huc properant iuvenes, laetissima turba, laboris
Impatiens, audax, penitus secura malorum.
Huc simul agglomerant, ut candida tecta columbae                60
Utque petunt densi demortua corpora corvi,
Sive ut apes aestate solent per rura volare,
Cum prima repetunt fetae praesepia nocte.
Huc inter alios insueto ardore calescens,
Candida cui comites Libertas atque Iuventus                65
Iam celeri gressu noster Narcissus adibat.
Cum venit ad silvam quae lata Cupidinis aula est,
Lurida Pigrities, cui cura ut limina servet,
Prae foribus iuvenem recipit, comiterque salutat
Corpore crassa, rubens oculis, incompta capillis                70
Per latos umeros pendentibus atque supremo
Pectore nuda, nihil praestat, sed tota iocatur,
Ludit, edit, dormit, Venerique est fida ministra.
Illa sui iuvenis blandis amplexibus haerens
Exultat, manibusque tenens comitatur euntem,                75
Et simul ad caeci penetralia ducit Amoris.
Primus ibi Visus gradus est, Sermoque secundus,
Tertius est Tactus. Supra sedet ipse Cupido,
Cuius dextra tenet calamos, arcumque sinistra,
Vestis ei nubes variae, flammaeque cathedra;                80
Ex utraque manu Dolor et malesuada Voluptas,
A tergo lacerata comis sedet atra Ruina,
Effrontisque Pudor simul, et deformis Egestas
Luget et aeternum stultos lugebit amores.
Dum miser huc illuc iuvenis circumspicit, arcum                85
Acer tendit Amor, calamumque immittit acutum,
Qui mod0 per venas perque ilia fervida transit;
Protinus et magna clamatur voce per aulam
“Noster eris, captum da te sub numine nostro.”
Ille tener calami violento saucius ictu                90
Pectore vulnus alit-mirum-nil sanguinis illic
Apparet; siquidem graviora pericula dicunt,
Cum tacita internis celantur vulnera venis.
Accedens propius, “tuus, o tuus” inquit. “Amoris
Servus ero,” et flexis genibus se subicit illi,                95
Ceu rapidis ventis tenuissima cedit harundo.
Surgit Amor, iuvenem solioque affatur ab alto:
“Mitte omnem, Narcisse, metum, recteque notato
Quae tibi dicturus, memorique in mente repone.
Sint tibi Deliciae nutrices, Otia curae,                100
Blanditiae cibus, et solacia maxima Nugae,
Spesque Timorque, tui comites, et amica Voluptas;
Temporis amissi, sumptus, magnique laboris
Paeniteat numquam (parcos Amor odit, ut angues).
Si tibi Virgo placet, quamvis pice nigrior, illam                105
Formosam, mollem, nitidamque vocare memento.
Si deformis erit, faciem laudare venustam,
Praespicuam frontem, roseasque genas et lumina Clara,
Lumine quae dicas Lunae praestare bicorni,
Et vultum solis radios, solemque referre                110
Cum pleno aspectu toto nitet aureus orbe;
Candida colla, manus longas, flavosque capillos
Erectosque umeros laudabis; et improba blandis
Suppleat ars verbis quicquid natura negavit.
Denique dic puro Venerem superare nitore,                115
Ingenio Musas ipsas, Charitesque decore.
Crede in amore tuo multum mendacia prosint
Et conficta dolo, bene quae simulata, probantur.
Praecipue (ut fertur) laudari femina gaudet
Qualiscumque; licet falsa et ludibria narres,                120
Vera putat; siquidem levis est et credula semper,
Garrula voce, sibi contraria, vana, superba,
Lubrica, crudelis, mutabilis atque morosa.
Qui sequitur fugiet, fugientemque ipsa sequetur;
Quidque velit, nescit, quod tu vis improba nolet,                125
Vult, non vult, et nunc quod nuper amaverat odit:
Tam vaga femineo cerebro est innata voluntas.
Sis quoque facundus sermone, et sit tibi mollis
Vestitus, varius forma atque colore; memento
Mores sectari, cantare, salire, iocari                130
Ludere nunc fidibus, nunc tristes scribere versus,
In quibus, ut mos est, fortunam et fata dolebis,
Nunc dare vota, fidem verbis, iurare per astra,
Perque deos, multum promittere, fingere. Nullam
Quippe fidem regni nullamque Cupidinis olim                135
Dixerunt veteres, vereque haec comprobat aetas.
Muneribus tentes, quia multum munera possunt.
Quod castrum aut murus quis inexpugnabilis auro est?
Qualiscumque aliis, tibi semper amabilis esto,
Sisque tibi gratus, quoniam tu dignus amore,                140
Dignus amore tui, quem forma et mollior aetas,
Ingenium, vires, virtus, et cetera reddunt
Felicem; similem tibi tempora nulla tulerunt.
Sic tua te nimium lactabit opinio, donec
Umbra captus eris, caecusque peribis in illa.”                145
Talia fatus Amor divellit ab arbore ramum,
Qui gelida maduit Lethaei fluminis unda,
Et teneri frontem, formosaque tempora spargens,
“Te posthac, ” inquit, “Narcisse, haud noveris ipse.”
Hinc facie iuvenis mutari aut mente videtur.                150
Mox ascendit equum, qui caeca Libido vocatur,
(Quippe ferox numquam morsum neque frena ferebat)
Protinus ut dorso sessorem sentit inermem,
Cursitat huc illuc, iuvenis per devia fertur,
Per loca plena rubis, spinosa, incognita, dura,                155
Per iuga, per valles, puteos, latebrasque ferarum,
Per vada, per fluvios, per mille pericula, donec
Decidat in terram pronus prope flumen amoenum,
Per ripas dum currit equus, cui praepite cursu
Fons ruit ex alto scopulo atque Philautia vulgo                160
Dicitur; hac postquam sitis illi extinguitur unda
(Nam valde incaluit iuvenis, sudansque sitivit),
Continuo cerebrum sopor opprimit, atque per amnem
Decumbit lassus viridi bene caespite fultus,
Securusque leni Zephyro spirante quiescit.                165
Iamque fere medium rapido Sol lumine caelum
Attigerat, cum vix somno experrectus in auras
Oscitat et retro iuvenis circumspicit, ut qui
Vix loca, vix sese noscit-mirabile--, tandem
Surgit, et ad ripas erecto corpore dum stat,                170
Umbram flammigeri solis splendore nitentem,
Quae formam liquidis quasi vivam reddit in undis,
Adspicit, aspectuque suo stupet inscius, atque
Iam dubio, cuius facies sit, pectore volvit.
Accedens propius fluvio sua lumina figit,                175
Atque gemens alta dum clamat voce per auras,
Garrula ab adversis respondet montibus Echo

И солнце на небе его облизала Златая корова.
И вот он убит и кровь его в лоне Фонтана.
Как вождь Агамемнон Нарцисс откупорил струи
Оранжевой крови древнего эллина тела.
О том Патрокл сложил этот свой панегирик.
Погиб Ахиллес и Парис увозит Елену.
И речь обоих льётся сама как струи Фонтана.
Замуж сестру выдаю белокурую нимфу-колдунью,
Правда, здесь нет никого, только быкови
Пасутся, чтобы четыре влюблённых атрид
Женились счастливо сегодня. Только что счастье,
Когда захлебнулся слезами. Нет, меня там
На свадьбах не будет, поэта Патрокла,
Песни весёлой моей брачующимся не услышать,
И замолчала моя златострунная славная Муза,
дочь Афродиты. Чтобы Артуру её не добыть.
И гибели Ники желаю услышать исторку,
Тем сердце своё успокоить. Но вернусь
Во дворец палаты посмертные Августа Ксеркса.
Он выкупил Лаудомию фейрис и вывез,
И спрятал на Фивах. Там где погибнет Нарцисс
Родился Смоковник Харезма, Херкулис.
Римом же начал править Цезарь Аттила с семьёю,
Он и узнал судьбину злосчастную Ники
И мне отвечает: И вот Агамемнон поднялся
С одра и зарезал Артура, вторая невеста
Фортуна Леандра досталась Аттиле.
Отсюда уходим домой в родную Элладу
квадригой. И только земли этруссков
И волчьи помёты за нами. Ибо там обитали
Когда-то Мария и Анна святые скромно
Устроясь к стене у изножьев Помпеи.
Этим магнаты затеят Троянскую битву
Против Ахейцев, но мёртв Агамемнон
И только гневный Ахил, да сладолюбивый Парис
Против них на Арене, и Гектор. Я примыкаю
К ним Боромира с Исильдухом отчим,
Сам Исильдух отныне от смерти Ахила,
Но победили Троянских. Итак наши потери
Мёртвый Нарцисс Элохима наследник
И Ника, царь Агамемнон с сестрой.
Это тоже Церцея, Ахил с женою Роксаной
И на севере Седрик с прекрасной Ровеной.
Ноев потоп все вершит и гора Арарата
И кубельта римовый вылом Двери закроют,
Что хоббиты с Гендальфом вскрыли.
Греция милая где ты, в обьятья Венеру,
Меня принимай же. Утром смерти Нарцисса
Я ухожу с ней на квадриге. Ты лучшая
В мире земля, по которой ступали,
Чьи обитатели вечно юны и свободны.
Кандида, будешь моей пока мне нужно жениться.
Только что был греческим старцем-поэтом,
И через секунду Фобос имеет тело Амура.
В Морию сколько ступеней спросите Навина,
Столько просуществует еще мир в царстве
Долорес. Мне он не по серцу, я ухожу в Ариату.
Тело Нарцисса нетленно, его обожает
Фетида, что прежде стояла за Нику,
Пока та не знала Артура, за что и убита
В обед Громовержца Зевсора, выпив
Он приказал ему ноги омыть как Исусу,
Красавица Ника ему отвечала отказом,
Он оступил её пищу и ноги омыла Зевсу
Афина и стала богиня не Ника любимица
В Гавани Атри. Вкусные слады вкусила
На стопах и каменьях пола, так хороши
Были кушанья девы крылатой Афина.
И словно в чарах ушла с Зевсом она
Как Эвридика с Орфеем, Ника кричала как выпь,
Что моет лишь ноги Артура, Апола Исуса,
Но мёртв Агамемнон, Пармениан, Ахил
И Нарцисс. Некому Нике вернуть её голову
Зевсом откуса. Ветер из Ливии стал
Для Ники смертельным. И в тот обед на Олимпе
Уж веело во всю Его Иисуса Иерусалимом.
Вместе с тем одновременно Джофеникс ослепнул
За что Козел-отец покрыл Козлицу Елену
Дочь той Елены, что уезжала с Парисом.
Джофри не зная того страдал о Церцее:
"Мне златоглавому Фениксу вырвали очи,
Люи и люи - текут кровавые слёзы,
Где ты моя ненаглядная x101 ночи,
Больно дышать не то что подумать серьёзно!
Белая грудь покрылась запёкшейся кровью,
Где ты Пармениан, я услыхал его клики,
Сдайся в Меня и мы оба станем гером,
Выгорит Зевс - будем Зевсом Великим!"
"Я обещаю, видевший тело Нарцисса,
Встану в тебя и исполню всё что пожелаешь,
Если спасёшь от магната принцессу Дейнерис".
"Клятву даю жениться на овдовевшей Дейнерис,
Только спасти помоги мне золотую Цереру!"
И на руках Я Патрокл вынес Цереру из битвы,
Но тот кто однажды видел Нарцисса,
Жениться не станет, сестра мне Кандида,
И прежде именовалась Церера-царица.
Но на минуту иль две я почувствовал счастье,
Спасенье богини Цереры было залогом моим
Для входа в Олимпус Эллады, поэта и грека
Патрокла брата Дейнерис Бурерождённой.
Ибо тогда когда Ланистер дал мне обеты
Буря ужасная сотрясала стены Аида.
И моя белая неукорнённая Роза Луната
Будет сиять как Луна на небе Эрмонда.
С тем я обрёл благоволенье Венеры богини,
Джереми Ланистер тело само Трандуила,
Всё это время море скрывало Дейнерис,
И только так она стала любимой женою.
Дети богов сообщась закончили битву Троянцев,
Это Патрокл джем Ланистер станет Нарциссом,
Ибо он мёртвый похож на живого,
В него я гляделся влюблённо и видел
Живого Ахила в рассвете эмантий.
Теперь на Олимпе узрев меня как Нарцисса
Не утверждай, что он трагически умер.
Ведь сеят повсюду как прежле сотни нарциссов
Цветка того златокудрого павна.
Я мало открою его прошлобольную правду,
И много о близких мне потревожил словами.
Но что мне сказать, я не способен о мёртвом.
И всё же эта поэма "Легенда Нарцисус".
И почему я добавлю, если мне боги позволят.
"Актои митраколо зеберо ванто проамен
Апорто соларуи асципио Голокасвадор
Моами поэрто спардадо маидомо квотер
Сциамус мортатум сарумито вадоро амнор".
Со вздохом глубоким я вымолвил в струнах Зефира
Но в самом начале простую завязку Легенды,
Вы слышите звуки богов Златого Олимпа.
И боги также жаждут ещё раз увидеть Нарцисса.
И с тем мне Патроклу даровано соизволенье.
Теперь в сопровождении хора Олимпа,
Я расскажу правду Нимфы Горное Эхо,
Что повстречала однажды самого Аполлона,
Это его сын Нарцисс на него так похожий.

O forma et facies vere pulcherrima                rima
Quae colis hunc fluvium quem nutrit fons sacer                acer
Quisquis es, haud nosco, sed si fas quaerere                rere                180
Dic precor, et tua laus de me cantabitur;                itur
Quis novus hic ardor turbati pectoris                oris
Qui flammas solito maiores parturit?                urit
Nil mihi respondes? Frustra clamatur.                amatur
Si placet, exito, simul hic sedeamus                eamus               185
At quocumque ieris, te nolo relinquere.                Quaere
Clara dies sine te mihi nox et terror;                et error
Rosque levis sine te mihi cana pruina;                ruina
Aestivusque calor sine te nix aspera.                spera
Quid sine te sperem? Num vox clamoris                amoris               190
Per silvas resonans tandem cognoscitur?                itur
Spes in amore meo sine te iacet abruta;                ruta
Solamen sine te dolor est et amaror,                amaror
Et nequeo sine te, sine vita vivere;                vere
Non adeo rudis est facies et agrestis                agrestis               195
Ut tibi spernendus videar, vel ineptus                ineptus
Qui fruar optato. Mea fama perennis                Erynnis
Fama mei miseri qui iam periturus                iturus
Te Narcissus amat; non vox ea perfodit.                odit
Multae me nymphae petierunt undique.                diique                200
Quis sonus irridet gemitum clamantis?                amantis
Heu pereo, tempus sine fructu labitur;                itur
Quique sua multos facie pellexerat                errat
Hunc facies aliena ignotaque pellicit,                icit
Pellicit-infandum!-cogitque perire.                perire                205
0 miserere mei mea fata dolentis,                olentis
Et miseram sine te vitam degentis.                egentis
Nil movet, ut video; totus sine spe queror.                error

Сто Лучей твоих несёт Нероли - ...........................................роли
Я твой песень и поэт Трандубит - .........................................убит
Миловать твои черты, целовать - ........................................слова
Здесь гурман нашёл и стол по едам - .....................................едва
Обитель Островов голубой Майюры - .....................................ури
Испои истей молва славу территорий - ..................................втори
Плачь, что слали мы в Олимп - ..........................................импульс
Стало молньево однесь от молиты - ........................................литы
И Удача зла сама и корима - .................................................рима
Где когда твоя глава будет зрима - .......................................имя
У ручья сидел и рядом пёс Кербос - .......................................ребус
И тебя видел-дивил смердо Фебос - .........................................Эпос
Поменялся и тобой удалась афера - .......................................сфера
И убита голосит дева Гвиневера - ..........................................эро
Не взалкать не слить её горей..............................................город
Амфибраиль днесь иль Хорей - ..............................................Горы
Сдал Пармению Олимп - херувимы - .......................................руины
Будут пировать на нём непалимы - ..........................................ливни
Кто арен победы глас обнажён - .........................................жён
Завоюет Мавродом хорошо - .................................................шёл
Исподножья рассечённый мечём - ........................................пчёлы
Без напад убийцы иссечён - ................................................. чёлн
Духа Горнего сестра нимфа Эхо - .........................................смехом
Водзы шуток к небу, Юноши хвала - .......................................халва
Как ручей звучал их разговор - ........................................... споры
Мне сейчас сознаньем вторь - .............................................тора
Не обидела героя, сына бога - ...............................................могут
Здесь куплета не хватает, а не слога - ....................................Логос
Вдруг немая Тень легла на поляну - .......................................гляну
От сознанья убегло - вкус полыни - ......................................клинья
Словно Горного козла на аркане - ........................................канет
Мысль то меркнет как Звезда, то сверкает - .........................кара

Talia clamantem ridet resonabilis Echo,
Dum stupet ipse sibi, propioque exardet amore                210
Saepe petit fluvium, velut oscula blanda daturus,
Cumque petit petitur, sed, quod petit inscius, umbram
Non putat esse suam, nec quid sit noscit ineptus.
Saepe manus offert, et signa remittit imago,
Quae motum adstantis liquidis imitatur in undis.                215
Sic dum turbat aquas, facies obscura videtur,
Et videt, et queritur, sed quod vult possidet ipse,
Atque frui nescit; tantus tenet error amantem.
Nunc solito Phoebus cursu peragraverat orbem,
Noxque venire parat, tenues quae dissipat umbras.                220
Tum iam visa diu liquidas vanescit in auras
Umbra, nec apparet iuveni qui quaerit ubique.
Pallida nunc facies, modo quae formosa, dolore,
Viscera sicca, manusque tremunt, speciosaque pendent
Bracchia; paulatim frigescit sanguis; et expes                225
Extrema fundit miseras has voce querellas:
“ Ergon’ abire voles, miserumque relinquere amantem?
Quo fugis? a nimium crudelis, siste parumper,
Et videam saltem, si tangere non licet, ora.
At frustra exclamo, quoniam irrevocabilis ille est.                230
0 vos silvicolae Satyri Faunique bicornes,
Naiades, et sacrae Dryades, mea tristia fata
Plangite; nam vester queritur Narcissus, et aeger
Quod mod0 vidit amans, sine spe nunc luget ademptum
Quodque oculis placuit, nunc pectus perfodit ipsum;                235
Sic vidi, et pereo, sic vult fortuna, vel error.”
Haec ubi dicta dedit tendens ad sidera palmas,
Terque gemens dicit “pereo, formose, valeto;
Dure nimis, ” repetens iterum, “formose valeto”;
Deficiunt vires, et vox, et spiritus ipse                240
Deficit, et pronus de ripa decidit, et sic
Ipse suae periit deceptus imaginis umbra.

Талия вдруг закричала выслушав выводы Эхо
И стала царапать грудь в экстатическом трансе,
Лицо побагровело и тело дрожало:
Припоминаю, я видела этого светловолосого парня.
Похожий на Джофри, но старше, шляпы не носит,
И волосы от того на челе симпатичном сгорают.
И не забыть как он смотрит вполоборота,
И ты вся стоишь словно Ундина потея под срезом
Взгляда косого, зыркнет словно Орёл на лань,
И б ей от того обоссаться. Ну как угораздило
Фобоса мнить его богом. Я в шоке когда
Он внезапно вдруг рот приоткрыв обнажает
Острые белые зубы. Где-то он у ручья лесного
Разделся, и вдруг в рассвете юности там
На что-то наткнулся. Паллида не видит,
Быстроглазая Серна невеста при деньгах его
Часто к ручью отправляла по пояс ополоснуться,
На то не взирая от скуки, его как обычно
Затем дожидается дома в палатах. Её оборвали:
"А, это брат Эрагорна, что в упряжке волов
Хоббитов в Морию на спор сопровождали?
И там в глубоких лесах его кажется стрелы
Пронзают. Так ты об этом несчастье? И жёнушка
Ходит в Танжер насладиться кровями,
Так ищет с ним похожих красивых евреев".
"Скажу что Фортуна его к рукам прибрала,
Что б ей быть непокрытой, влюбилась,
И начисть любовью свела со свету всех
Четырёх экспонентов рассека Нарцисса.
Ведь как известно клубень поделят на четверть".
Сатиры, друиды, Дриады - все знают Нарцисса.
Печальная участь цветов никого не заботит.
Но все-таки молви за что дьяволица Фортуна
Нарцисса и в частиях так безогляд полюбила.

Protinus haec miseri casus vulgata per orbem
Fama volat (nec enim quicquam velocius illa est)
Cum iuvenis mortem Venus indignata sereno                245
Despicit e caelo, coetuque adstante deorum,
Has querulas profert lacrimanti voce loquellas:
“Nonne mei miseret Narcissi, cuius amores
-Pro dolor!-infandi scopulos et litora, ripas,
Silvarum abstrusas latebras clausasque cavernas,                250
Aerios montes, vallos, loca devia, lucos,
Oceanum penetrant et caelos, tecta deorum,
Atque Stygis tandem penetrabunt fluminis undas?
Non prorsus morietur,” ait, “sed vivet in herba;
Flos erit atque suo sumet de nomine nomen,                255
Cuius erit croceus maculis color intimus atque
Per medium foliis cingetur mollior albis.
Sic Narcissus erit specie formosus, ut olim,
Flosque Iuventutis, siquidem placet, inde vocetur.”
Annuit his verbis superum celeberrima turba,                260
Et subito, ut fertur, corpus iuvenile vigentem
Vertitur in’florem, retinens sua nomina semper,
Flosque Iuventuti sacer est, bene notus in arvis.
Ultima sors haec est nimium infelicis amantis.

Не собираясь держать ответ пред лагерем женским
Ведь как известно бабий язык без костей:
Джофри Венеру убил подстрекаем Сереной,
Кинул он им, чтоб прекратили орать.
Но не удержался и крикнул в догонок:
"Мало кто любит Нарцисса суициидально?
И никто не вздохнёт - где ты прелестный цветок!
Нет названья вашим серцам хуже чёрствого хлеба.
Я покраснел подробности эти узнав.
Что за мужчина купаясь погиб, интересуюсь.
Моления слушайте велерийских хоралов -
Имеет Нарцисс наиболее чудную форму.
Что вам с того, дуйте на снасть кораблей,
Вместо этих злых пересудов. Анна довольна,
Её наслаждение зримо этим субъектом.
Все ваши сведения не имеют дальнейшего смысла.
Значит, красавец сильно страдал перед смертью.
Вы говорили дуя на снасть парусов. Чудо природы
Которым я умолкаю в скорби глубокой -
Вот слово Фортуны, юный, прекрасный взращен цветком.
Незабываются встречи такие надолго
В памяти след оставляя как шёлковый узел.

FINIS
Окончено

Комментарий
Это эпизодическое чтение стало программным для Беконианства молодых знатных учеников частной школы Британии времён преподавания философа и схолласта Френсиса Бекона. На этом отрывке из воспоминаний Пармениана Патрокла третьего отпрыска под этим почтенным именем, хранителя библиотечного комплекса в Александрии студенты разучивали латынь, древнегреческий и итальянский языки. Бекон имел свой подход к преподаванию - и заинтересовывающим моментом брал тайну или загадку литературного исторического памятника. Вышеприведённый текст делился на 5-6 частей про количеству учеников для грамматического разбора и дальнейшего заучивания наизусть. Ученики вставали в одну линию перед аудиторией и старательно выводя каждый слог декламировали эти волнуюшие исторические строки, готовясь к такому выступлению несколько недель. Зачетная сессия означала, что в тексте нет тёмных или белых пятен непонимания и учитель обсудил тонкости смысла на собеседовании с каждым. Индивидуальный подход к абитуриентам отличали систему преподавания у этого богослова и философа. Кроме исторического смысла отрывок обладал литературной красотой, грамматической цветностью и несомненным авторским талантом. Важно, что это был так называемый "новый" памятник римско-греческой истории, не Гомэр, Вергилий, Одиссей. Патрокл Пармениан был гораздо ближе и современнее юношеству беконианства. Разумеется, каждый имел свой собственный перевод памятника, который тоже обсуждался.
Краткое содержание целого произведения, ведь это только фрагмент имеющего заглавие "Нарцисс Пармениона Патрокла" в следущем. Волею Судеб названный автор стал королём Гондора и отчимом Фарамира и Боромира (Нарцисс посмертие). Большая часть труда говорит о городе Минас Тирит эманации Олимпа древнего Пантеона. Замысел Августа Ксеркса отца Агамемнона сделать "нарциссизм" династическим. "О, что за грот в тиши тебя пожнёт, скажи" можно процитировать Сонет Шекспира, кто та Леди благородных принципов, что сделается матерью семейства. Легко предположить это основной темой Сонетов Шекспира изначально короля Лир и после падения Рима короля Гондора. Так мы приближаемся к тайне Сонетов со стороны их итальянского версиония. Идея Ренессанса в её научном обосновании произвести династическую линию от последнего отпрыска Олимпийских богов благородного юноши Нарцисса и так передать идеи греческой философии. Поэтический круг шекспировской строки, разумеется, не единственный был этим замыслом увлёчён. Несколько австро-германских фамилий Британии имели такую идею передового Гуманизма. Семейное родовое древо взращивалось теорией геральдики. Браки утверждались Ватиканом и священным Синодом. С такой точки зрения нынешний интерес к простому греческому юноше имеет важную оправданность.
Следует отметить, что эссекскому кругу Бекона и его юных воспитаников стали известны и другие подробности той древней линии. Аполлон и Дафна Эхейская имели несколько сыновей и все они погибли. Нарцисс был старшим сыном, его младшего брата звали Геоцинт, прекрасный юноша погиб при игре в дискобол нечаянно убитый (ему рассекло лоб) мощным метательным ударом воспитателя и сташего друга Диониса. "Олений питомник" в гуще лесов островной Эллады стал Пеннатием династии Декатион. Декамерон закончился битвой за Средиземье между эльфами и араукаями (арабами). Дети Аполлона были так красивы, что видевшие их девушки были все оплодотворены одним взглядом на их тело. По легенде зародыши были собраны Подземным царством и греческо-элленский этнос вышел на Средневековую арену началами эпохи Возрождения минуя Анно-Мариинство и Людмиканство, то есть влился в соединённое человечество на границах 2-го и 3-тысячелетий.

"Нарцисс Патрокла", стихом
Огонь любви похитил Прометей -
Лёг Купидон уснуть средь Облак в небе,
Огонь - Нарцисс, становится Ясней,
Златой Эпохи голубая небыль.
Когда-то издавна сиял Огонь любви
Среди утёсов старого Олимпа.
Всё тленье там - одноко Визави.
В Нарцисса вложенный любовный вымпел.
Всё золото Олимпа несть Нарцисс?
Я задыхаюсь от подобных мыслей.
Кто говорит со мною, отзовись,
Средь этих воздымающихся мысов?
Что Эхо знает, Прометей казнён
И сладкую клюёт Орлица печень,
Нарцисса у ручья услышит он,
Когда его крадёт кладовой Нечисть.
В руке Героя золотом горел
Заздравый кубок боевой победы,
Руин-племен разграбленный удел
Сегодня бороздят морщин Ломбардий.
Свободный эллинизм минута Сна
И снова Сыр грызут два Белых Мыша,
А над горой Афин цветёт весна,
И Эха горного уже не слышно.
Нашли ещё на разговор ручья,
Как тем Троим, Последнее проклятье,
Пока не наложил Отец печать
На все твои бедовые Изъятья.
И прошлый раз настав Конец-концов
Нам отложил на нынешнее пожить.
Ну а Нарцисс в Аполло стал отцом,
С чем Эхо-Дафна его семя множит.
Финал