Дано ли право мне судить об этом

Хороший день. Осенняя прохлада
Строкой стиха ложиться на груди,
которой в явь нисколечко не надо,
чтоб кто-то пыл поправкой остудил.
По меркам, жизнь устроена нормально, 
и сколь воронам бранью ни кричать:
поет монет рапсодия в кармане
на пенсионный милостивый час.

Но это ли главнее всех желаний,
что подошло бы пьянице тому.
Без тормозов у всех прохожих клянчит,
и лебезит случайному добру.
Нет, пожалеть такого не причастен,
да и себе дать спуску не могу:
– Земным делам – достойные начала.
Мы, как-никак, у времени в долгу.

Но зарекаться грех, как говорится,
и помогать катится дальше вниз,
что ветерок сгоняет в угол листья,
поправ победоносный реализм.
Известно много о такой болезни, 
за воротник плеснуть и сам я рад,
когда распорядителем безделье
и праздное застолье говорят.

Могу признать непроизвольность меры:
безволие, распущенность кляну.
Не все так однозначно, и поэты,
бывает, рвут над пропастью струну.
Но там другое. Нервом запредельно
держать баланс на острие ножа.
Душа полетом расстается с телом,
стремясь согреть над нами небеса.

Дано ли право мне судить об этом?
Умнее принимать все так, как есть, 
и понимать: висит над белым светом 
все указующий господень перст.
И день под ним, проблемам продолжатель,
И чувства… отсылают к дохлецу:
Из ямы страсти братски прижимался      
Он к моему усталому лицу.