Скоро весна!

-Ты меня любишь, Василий? -едва закончив довольно вялый секс спросила Антонина Игнатьевна мужа, который, с чувством исполненного долга по отношению к супруге, повернулся к ней задом и начал уже похрапывать пуская тихонько газы.
-Люблю, Нина! Очень... -деланно бодро ответил жене Василий Эмануилович почёсывая сонно яйца, засунув руку в просторные в синюю полоску семейные трусы. Супругу он называл так, потому что она очень не любила своё имя, ей оно казалось деревенским что ли, "Тонька, фи!".
Антонина была женщиной в соку, с пышными формами, большой грудью, широким задом, гладкая и холённая, а Василий был довольно плюгавым мужичонкой, правда с неплохим "хозяйством", за что она и вышла, если честно сказать, за него замуж. Ну, конечно, была и любовь у них, довольно бурная да жаркая. А может и не любовь, а, просто, влюблённость, увлечение? Этот вопрос в последнее время довольно часто задавала себе Тоня, правда не вслух, а в уме.

Утром уже прихорашиваясь у зеркала и смотря на своё крупное, ещё красивое, округлое лицо с большими выразительными карими глазами под природно очерченными бровями вразлёт и с сочными пухлыми губами, Антонина подумала "А не завести ли мне любовника совсем молоденького из коллег по работе, а то всё со стариками со стороны?". "Баба в сорок пять, ягодка опять!", хохотнула она  в уме, слегка прыснув и в реале.
У Тони была очень фотогиничная внешность, её на работе даже просили фотографироваться для разных рекламных стендов, которые висели в коридорах их офиса, где она широко и белозубо улыбаясь держала в руках бланк и ручку да предлагала с их фирмой заключать договора на поставку товаров. Раз даже сфоткали на рекламный буклет, заплатив за это две её месячные зарплаты. Правда, Антонине уже было сорок восемь, сын и дочь имели свои семьи, жили отдельно от них, были внуки.

Мужа Васи не было дома, он ещё ни свет ни заря уехал на своём, таком же плюгавом как и сам, "жигулёнке" трудиться, у него рано начиналась работа. Ей же надо было быть на своём рабочем месте в офисе фирмы к восьми, а на часах только лишь 7. Работала она недалеко, минут десять ходьбы, поэтому Тоня не торопилась. Там её молодые и не очень сослуживицы крутили вовсю "служебные романы", имели любовников из их же сотрудников или начальников, лишь она считалась "честной", но это только по их мнению, так как умела хранить в тайне свои грешки. Антонина была, если говорить откровенно, роскошной бабой, природная женская лёгкая полнота очень ей шла, из-за этого кожа была везде элластичная, гладкая, даже на руках и шее, где, обычно, выдаётся возраст молодящейся бальзаковской дамы. И на неё заглядывались даже парни и подростки, не говоря уже о зрелых мужиках. Есть такой тип женщин, который нравится всем возрастным категориям сильного пола, начиная от совсем юных его представителей и заканчивая дряхлыми аксакалами. Она была одной из них.
Тоня никогда не сидела на диетах, в отличии от своих подруг-сверстниц, которые напоминали слегка, сушённых вобл, хотя, в последнее время, стала питаться более в меру, но знала некоторые секреты, которым её научила бабушка-казачка. Та считалась в своей кубанской станице первой красавицей в молодости, также в зрелости. И даже далеко за пятьдесят, на неё бывало заглядывались некоторые казаки, чем приводила в страшную ревность своего мужа, Тонинного деда. Например, она советовала своей красавице-внучке уже имевшей лет в шестнадцать немаленькие титьки, пошла в бабушку, обмывать их холодной водой, чтобы они были упругие, красивые.
И вот, к 48 годам Антонина гордо, с достоинством носила пятый размер, несмотря на то, что она родила и выкормила двух детей, у неё грудь была ещё ого-ого, налитой да аппетитной. Тоня упорно продолжала каждый день у зеркала её тщательно осматривать и также за ней ухаживать, а то что грудь провисала от тяжести, придавало как раз ей дополнительной пикантности, типа, "натур продукт".

Антонина Игнатьевна оторвалась от дум, грёз и воспоминаний, расчесала свои густые, слегка подкрашенные, ведь начала пробиваться первая седина, чёрные волосы подстриженные под "каре", она была брюнеткой, но не смуглой. Затем навела всего лишь лёгкий макияж, у неё лицо было от природы яркое, накрасила губы, обула не очень ей идущие сапоги на низком каблуке, что поделать, солидная дама, не дюймовочка и возраст, одела дорогое красивое пальто, накинула на голову тёплую шаль, обмотав её концы вокруг шеи, начиналась метель на улице, и пошла на работу.

Антонина быстро дошла, на улице уже вовсю мело. Зайдя в небольшое аккуратное двухэтажное здание, в котором располагался офис их фирмы, Тоня сняла шаль и пальто, отряхнула от снега и перекинув их через руку, пошла коридором к двери своего отдела по рекламе, где была начальником и который располагался на первом этаже, в довольно большой комнате. Отдел, наверно, громко сказано, с ней вместе трудились два "молодых человека" Игорь и Андрей, а также девушка Инга, их рабочие места были там же, рядом с её столом. Ингуша, блондинистая, симпатичная и ногастая, первое что бросалось всем в глаза смотря на неё, да красавец-брюнет Игорёк, как их все называли, встречались уже больше года, жили полноценной половой жизнью и подумывали вступить в брак. Тем более их, все сотрудники и начальство, подначивали, мол, "когда мы уже погуляем на вашей свадьбе?". А Андрей, ещё совсем юный светленький розовощёкий мальчик, которого родители отмазали от армии, Андрюша, как Тоня ласково его называла, был, по-видимому в неё по уши влюблён, так ей не беспочвенно казалось. И она сидя за своим столом да работая на компьютере, ища потенциальных покупателей, или сочиняя рифмованные рекламные слоганы, типа,
"Если купишь наш товар
много очень, оптом!
Поимеешь ты навар,
не облившись потом!",
 не раз чувствовала его взгляд на себе, а когда подымала глаза и смотрела на него, то он резко наклонялся над компом и начинал быстро что-то печатать, нередко густо покраснев. Это Антонине с одной стороны льстило очень и мальчик ей нравился, вежливый, воспитанный, красивенький такой, но с другой стороны было неудобно как-то, и немножко стыдно, она же старуха для него, даже её дети были старше. Кстати, сочиняя эти стишки про их товар, она внезапно поняла что у неё есть способности к поэзии, поэтому даже зарегистрировалась на сайте стихи.ру, там публиковала свои любовные, философские и шуточные творения. Но кроме взглядов и смущения, Андрюша больше никак не проявлял свои чувства к своей хоть и не юной, но такой красивой начальнице, называл её всегда "Антониной Игнатьевной", и поэтому Тоня иногда спрашивала себя, а не мерещится всё ей, а не придумала ли это она?

Их фирма называлась "ЕвроХимВолокноПластик" и была филиалом крупного концерна, который выпускал строительную плитку, линолиум, разную пластмасовую хозяйственную утварь, одноразовую посуду, вагонку для обивки стен и потолков, обои да некоторый другой товар, такой нужный людям в хозяйстве, также в ремонте и благоустройстве их жилья.

Подойдя к двери, Тоня заметила, что кабинет был открыт, и там уже сидел за компьютером Андрюша. Она повесила на вешалку, где уже была его куртка с торчащей из кармана черной шапочкой-"питаркой", своё пальто и шаль, поздоровавшись да улыбаясь ему на ходу. Затем стала проходить мимо его стола в глубь комнаты, к своему рабочему месту, разрумянившаяся от холода, и от этого ещё более эффектная.

Что интересно, если смотря на Ингушу, всем мужикам, в первую очередь, бросались в глаза её длинные ляжки, которые казалось, чуть не на самом деле растут от ушей, то глядя на Антонину Игнатьевну, они видели сначала её сиськи, готовые будто разорвать тесную ткань сковывающую их свободу и вырваться на волю, на белый свет, на всеобщее обозрение! Из-за чего Тоня, в последнее время, не одевала на работу наряды с глубоким декольте, да даже и с неглубоким, так как очередной клиент, покупатель и потенциальный заключатель договора на поставки их товара, просто ничего больше не видел, кроме этих двух немалых, таких красивых прелестей прекрасной начальницы рекламного отдела фирмы, которые манили их взгляды из выреза её платья. Некоторые товарищи даже теряли суть разговора, а то и дар речи. Поэтому Тоня была одета в белоснежную водолазку, которая так соблазнительно, что поделать, обтягивала её прелести. Стильный тёмный деловой пиджак она повесила на спинку стула, в помещении было жарковато, на её шее и груди красиво смотрелась тоненькая золотая цепочка с кулончиком, в ушах также были красивые серьги из того же металла, а вот на пальцах ухоженных рук с красивым маникюром ничего не было, Антонина не любила кольца. Ещё на запястье левой руки были изящные золотые часики. Также на ней была чёрная юбка с разрезом сзади, и хотя сапоги были на низком каблуке, снизу она тоже смотрелась то что надо.

Андрей тихо ответил Тоне на её "Доброе утро, Андрюшечка!", не отрывая глаз от монитора, его сильное смущение выдавали ярко горящие уши. На больших часах, что висели на стене, было уже 8, Инга с Игорем снова задерживались, видно тусовались опять чуть не до утра в ночном клубе, а после этого ещё занялись бурным сексом. Вскоре, немного опоздав, поздоровавшись да извинившись,  сославшись на плохую погоду, появились они,  влюблённые, и от того очень счастливые.

Усевшись удобно за столом, надев очки в модной оправе, а-ля, Ксения Собчак, Антонина Игнатьевна включила компьютер. Начался очередной её рабочий день, но ничего, СКОРО ВЕСНА!


ПРОДОЛЖЕНИЕ
http://www.stihi.ru/2017/02/18/11928


Рецензии
Ну, Володя, а ты и в прозе хорош! Любопытно, любопытно...
Эка, интригу закрутил!
Жизненно-правдиво, с азартом и по нарастающей!
Жаль отрываться, дела...
Оставлю на десерт!
С признательностью за искристое содержательное творчество и с душевным теплом,

Ирина Доскаленко   02.04.2019 13:56     Заявить о нарушении
СПАСИБО БОЛЬШОЕ, Ира! :)

С теплом и признательностью,

Владимир Белик   02.04.2019 13:57   Заявить о нарушении
На это произведение написано 14 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.