Теперь уже не расстрелять меня

Теперь уже совсем я безоружен,
Ничем не привлекателен теперь
И, может быть теперь, тебе я только нужен,
Чтобы открывать в хаос и в страсти дверь.
Чтоб ветер жаркий прилетев из Арля,
Где Трус Ван Гог от жизни убежав,
Отрезал слух свой, повязавшись марлей,
И душу к стенкам комнаты прижав.
Я сам, прижавшись к плотным покрывалам,
Закроюсь от ветров, что рвут меня,
Тебе отдав и парус и державу,
Чтоб ты спасала иногда меня.
Я буду рыбой плыть с тобою рядом,
В мерцанье вод, в прохладной тишине,
Ползти по руслу обнажённым гадом,
И падать соколом в прозрачной вышине.
Я буду бессловесной травянистой
Волной, что сохраняя боль,
Прижмётся вдруг воронкою волнистой
И снова восстановится. Я соль
Своею сделаю исходной нотой,
Романтикой украсив ран края,
Пускай теперь стихи шагают смело ротой,
Теперь уже не расстрелять меня.
Я пуль теперь люблю коварный шёпот,
И боль привычна мне, как солнышка восход,
Во мне уже утих последний ропот,
И вижу всё опять с зияющих высот.