Мне снятся толщи ледяной воды...

Мне снятся толщи ледяной воды и глади ледовитых океанов. Сквозь призрачный зеленоватый дым хрустально хрупкий [потому обманный] я еле различаю силуэт и даже чувствую его дыханье.
Очнусь – но никого, конечно, нет.
Мой хладный труп на вдавленном диване стирает пот, струящийся со лба, а после зажигает сигарету. Что значат сны? Наверное, судьба во имя тайны мне не даст ответа…
Мне снова снятся волны и песок, и лёгкие следы на побережье. Я изгоняю из себя тот сон. Он успевает возвратиться прежде, чем я сомкну усталые глаза на скомканной безумием подушке. И странный шёпот вдруг наполнит зал, тревожа без того больную душу.
Хоть раз пойти за тенью в стылых снах, что мнится в дымке тающей вуали, танцует дикий танец на волнах и пением своим под воду манит. Ещё немного, парочка часов, а, может, две-три ночи в полудрёме, и буду я идти за ней готов.
Куда угодно.
Дно трещит и стонет, сбиваются пираньи в косяки, впиваясь в плоть до самой белой кости. Из нежных лилий вниз текут венки, и снова – шёпот. Да о чём же просит, зачем меня влечёт на глубину фатальным взглядом ледяной русалки?
И я тону, тону, тону, тону…
Но подо льдом мне почему-то жарко.