Почти 20 лет спустя, часть II

 Известия Ивритского общества хайку
Осень 5757 года от сотворения мира, Цфат, Галилея

На внутренних страницах 3 и 4 воспроизведена хайга Бикурина (Накагава Оцуи); годы жизни 1675-1739.
Это буквальная хайга, то есть слегка стилизованное изображение оленя соседствует с хайку о нём:

гора, до которой
не долетел крик оленя,
всё ещё зелена

Трубный глас оленя является сезонным словом в поэзии хайкай и знаменует начало осени. В гористой Японии южный склон горы может быть тронут красками осени, а северный—зеленеть поздним летом.
Справа—каллиграфия художника, а вверху каллиграфия З. Ваймана на иврите. Не только слово «гора» на каллиграфическом иврите выглядит как Триглав (национальная гора Словении), но и слово «олень» включает букву «цадэ», которая выглядит как рога и угадываемая морда оленя. [Кстати, эта буква стала, с лёгкой руки греческих монахов, церковно-славянской (русской) буквой «ц».]
В верхнем правом углу тоже старинная буквальная хайга с хрестоматийным хокку Басё:

на голой ветке
ворон сидит одиноко—
осенний вечер

К этой хайге присоседились классическое хокку Ёса Бусона

я ухожу,
ты остаёшься...
две осени

и хайку Йегудит Карми

западный ветер
и они все на восток—
опавшие листья.

Поэтесса Карми использует слово «ш а л э х е т», то есть «листопад». Интересно отметить, что в иврите, как и в русском, есть слово «листопад», а в системе аналитического английского языка его нет.

Натан Альтерман, известнейший поэт Израиля, мог быть лаконичным:

затихает страна
уже не в огне небеса,
медленно гаснут

Последующие троестрочия объединяет их сэнрюшность, то есть хайковость без сезонных слов («киго»). Такие сэнрю есть и на страницах 1 и 4; они фокусируются на человеческой природе.

лицо, что поднято,
чтоб увидеть, будет ли дождь...
...и возврат

В этом полухокку-полусэнрю Авота Йешуруна есть не только смена выражений на лице, но и сезонное-бессезонное явление дождя (в некоторых странах есть сухие времена года).

У известного автора Аркана Карива есть миниатюра со сленговым словом «швунг» :

схватил!
уборка по всей квартире...
в ударе!

В Талмуде, который, как и Пятикнижие, содержит много стихов, есть такие хайкообразные (с уклоном в сэнрю) миниатюры старых времён:

фляга
мы пьём мудрость,
не успевая записывать

и, с арамейскими словами, древнее наблюдение:

отдых верблюдов
старые длят его,
пьют медленно

Любопытно, что слово «гамаль» означает не только «верблюд», но и «погонщик верблюдов» («гаммаль»).

Авот Йешурун, балансируя на внесезонности, терпеливо и хайково регистрирует:

лепесток за лепестком
весь цветок пропадает...
остаётся лишь нежный пестик.