о Гуре и Амуре

Как-то Москва всё да Санкт-Петербург…
Только вдруг Комсомольск-на-Амуре
вечером выронил сдавленный звук:
- Не того чёй-т водица в Гуре.

- Чья бы мычала, - ответ был прост,
 впрочем, ныне свобода. Лайте!
Но запомните: - Лезть под хвост
недосуг нам. И не мешайте.

Здесь своих дел невпроворот:
То за ухом почешешь лапой,
То в набитый клыками рот
Схватишь, сунутое под шляпу.

А у вас Гур и в ём вода?
Эка невидаль для столицев.
Хвост придаток и ерунда,
нешто нам на него молиться?

Коли сытно и спится всласть
да и серется безнатужно
рази-ж будет какая власть
вычищать провонявший нужник?

Вы там как-нибудь сами, дружно,
поднатужьтеся перед сном.
Что и вывалится на ужин…,
да не брезговайте говном.

Мир так создан, на том и держится:
Голова потребляет продукт,
а дерьмо, что в утробе нежится
У хвоста кто пристроился жрут.

Так что шибко не огорчайтесь.
Вера в Бога у нас такова:
ждите лучшего, причащайтесь,
и молитесь, чтоб дали говна.

Комсомольск на своем стоит,
жарко кроя таёжным матом:
- Попрошу душу не травить,
под хвостом эвтим грозный атом.

Разогнали, ****ь, пролетарий,
силы нету давно единой;
молоко заменил барий,
бром опутал мозжищи тиной.

Обмануть-то народ просто,
если водкой поить долго.
Только вцепится он жестко,
коли зубы сложил на полку.

Хоть знакомо - Москва, Петербург…
Только и Комсомольск-на-Амуре
взвыл на диво забитых округ,
что с водою не то в Гуре.

- Да и с жистью - кричит - не так,
будты нищенствующий калека
посиневший зажал кулак,
а внутрях ни хрена нету.

И с достатком ни то ни сё.
Всё не так, как в двоих столицах;
там и бедным хватает на всё,
что окраинам только снится.

- Та-а-ак-с, зажралися. Бунтовать?
А законы про то читали?
Под статьёю вы и заковать
раз сморкнуться таких в канда`лы.

- Не подумайте. Нам бунтовать
не с руки. Мы и не готовы.
Просто хочется очень жрать
в ресторанах, а не в столовой.

Мы могли бы и промолчать,
но заела к столицам зависть;
там привычно бифштекс рубать
и шашл`ыками блажить старость.

А у нас вместо мяса - вкус,
вместо фрукты - в пакете запах.
Намотайте себе на ус
злобой чешутся наши лапы.

Покумекать - забытая даль
боле так прозябать не может,
вот ей ум и мутит бунтарь
впалощекою своей рожей.

- Вы не шибко! закройте пасть!
Ишь ты – рожею впалощёкой!...
Вас послушать – ничком упасть
и от жалости тока охать.

Ты поглянь - голь и нищета-а!
мы зави-и-идываем столи-и-ицам…
Попервах оплатите счета
Государевым первым лицам.

Нешто так вам подай тепло?
ни за что обеспечь домами?
Волю дай, так своё мурло
вы просунете между нами.

А у нас, как-никак семья,
хоть и жён раз по пять сменяли.
Нам что хуже никак нельзя,
мы и так полстраны просрали.

И плодимся как на дрожжах,
а приплод надыть обеспечить.
Траты  кажного просто страх,
потому вас кормить и нечем.

Так что слухайте мой ответ:
- Чтобы более я не слышал,
что вода в г... не то… нет... нет...
в общем, просто чтоб я не слышал.

А Москва да Санкт-Петербург -
это вам не в тайгах амуры...
и вдогонку невнятный звук
проронил Государь о Гуре.