Чародей

"Её лоб горяч: не известно, выдержит ли удар,
Она сильная девочка, но не хватает мощи", -
Говорил чародей, по годам, несомненно, стар,
А на деле был намного моложе прочих.

Ученик подавал ему скальпель, щипцы и иглы,
В его взгляде стеклянном мерцал каждодневный свет,
Паренёк заигрался в колбы, растворы; гиблый
И нелёгкий путь чародея, в котором сокрыт секрет.

"Эта девочка, кажется, призрак ушедшего бремя,
В ней растёт неизменно и медленно вьётся болезнь.
А мы, чародеи, способны глядеть через время,
А мы же услышим её безнадёжную песнь"

Он режет ей руки, и бинт орошается алым,
Хмельной аромат проникает сквозь стены и дверь.
"Так знай же, мальчишка, и тоже довольствуйся малым,
Обменивай память на жизни, надейся и верь"

Волшебник внимал её крики, мольбы о пощаде,
Целительство болью пропитано в старых руках,
Живая душа её меркла, мечтая о яде,
А плоть накалялась, дрожала, предчувствуя крах.

Учитель вонзил в её тело три сотни иголок,
Юнец наблюдал, сжимая ладони в кулак,
Стеллаж для бумаги, десятки заставленных полок
Нежданно навеяли жуткий дымящийся мрак.

Достойным приемником мнил себя парень, конечно,
Ему колдовство пахло хвоей и дикой ольхой,
Но галса беспечно пьянящая сердце надежда
И грудь разрывал зародившийся жалобный вой.

Он думал, что магия сделает тело бессмертным,
Сравняет с величием тех всемогущих божеств,
А правда лишь в том, что сила развеяна ветром.
...Колдун исполняет под крики последний жест.

Он выглядит здравым; ребёнок встаёт с кушетки,
В глазах её васильковых испуг и дрожь.
"Забыл лишь сказать: пациент выживает редко,
Трупы лежат в формалине, внизу их сплошь"

Учитель смывает кровь, беззаботно вторя:
"Моя молодость скрыта в нежных её мечтах,
Я очистил всё: горизонт и море,
Наблюдал как солнце слепило её во льдах,

Как горели лампы вверху камина,
И мурчала кошка в её ногах,
Золотой песок, земляная глина,
Её звонкий смех в изумрудных снах.

Но осталась комната, и дверные петли,
И разящий запах пота, и та гнильца,
Сними с зеркала в спальне сухие ветви -
Она не узнает своего лица"