Тома из-под Тумы

               
                Она молилась дважды в сутки,
                Ступала в церковь без стыда,
                Считала, что уж проститутке
                Бог не откажет никогда.
                "Чья жизнь за гранью униженья,
                Кто надругался над собой,
                Тот и достоин всепрощенья,
                А не насильник там какой",-
                Она считала... В самом деле,
                По истеченьи ряда лет,
                Её молитвы возымели
                Вполне не призрачный эффект:
                И замуж вышла за грузина,
                И родила, и домик свой,
                И за баранкой лимузина
                Каталась в горы со слугой.
                -

                Кура под ней стекала резво.
                Она смотрела на Куру,
                С высот оглядываясь трезво
                На жизнь свою, как на игру:
                Вчера - бедна, сегодня - в "дамках";
                Носила драп, теперь - в шелках.
                Ей было жалко и не жалко,
                Но ощущался некий страх.
                Всё так лубочно, легковесно...
                А если сведают о ней
                И будет мальчикам известно?..
                "Да лучше  тысяча смертей!"
                Сердечко ёкало тоскливо
                И тайно мыслилась Рязань,
                Да не сама, а особливо
                Мещёры мшистой глухомань.
                Мечталось: там успокоенье,
                Там нет и страха за себя.
                Земля любимая с рожденья
                Тебя схоронит и любя.
                -

                Слуга плясал пред лимузином.
                За лимузином шёл народ,
                Скупив плоды из магазина,
                Что чрево Грузии даёт.
                В окно пихали мандарины,
                Просили евро показать
                И постсоветские грузины
                Сквозь зубы сплёвывали:"Билядь!"