sol

Смотрю на тебя - и в глазах болит. Ты ярок, как солнце, неопалим, но путь бесконечной безмолвной мглы тебе не пройти никак. Тони в ней, безмолвно играй в слова, пока твоя ненависть не жива, пока тебе некого целовать и некого обрекать. Вот мир, у которого нет надежд, бери его в руки, кромсай и режь, сдирай с него краску и ткань одежд - под ними одна лишь гниль - и новый лепи из воды и сна, пусть в нём будет вечно одна весна, закат, раскалившийся докрасна, под перьями сизых крыл, пусть в нём будет солнце, огонь и свет и блеск золотого - тиар, монет, - ничто не оставит тебя во тьме, пока ты его король.

Смотрю на тебя - и болит в груди: ты не одинок, но совсем один, вставай же, как феникс, иди, лети, ведь это твоя юдоль. А что до меня - так нет смысла ждать, смотри: по границам идет межа, я жертвенный агнец, ребёнок жатв, не выживший на войне, а ты - светлый рыцарь: отвага, честь.

Я разве что кровь на твоем мече, я разве что плащ на твоем плече, рубцы на твоей спине, и ты можешь выкорчевать меня, свести меня, вытащить, словно яд, ведь ты не изломан, не слаб, не смят.

Вставай же, кричи "ура", бери этот мир и ломай, прошу. Я больше не выдержу белый шум, я больше не друг своему ножу и жертвам своим не враг, я больше не выдержу игр в слова, тишайших "прости меня", "виноват",

пока твоя ненависть не мертва,
топи меня,
ну,
топи,
тогда пропаду я и не вернусь: исчезнут что рябь на воде, что грусть, проклятья из бледных порочных уст и шрамы крылатых спин.

Зачем тебе кто-то, рожденный злом? При мне никогда еще не росло всё то, что ты любишь - лишь тёк излом по вере в твоё тепло. Зачем ты берешь меня в новый день,
ведь, если ты солнце, я просто тень, отсутствие света, в пустом листе обманчивый серый сгиб.

На мне застывает доспехом ртуть.

Вот твой новый мир - в нем тонуть, тонуть, но если я снова пойду ко дну,
пожалуйста,
помоги.