***

Через каждую улицу замёрзшего города.
Тихим шагом меня башмаки приведут.
Сквозь безликих прохожих жмурюсь от холода.
Твои песни  простужены и они подождут.
Столько судеб свершилось в едином кругу.
Сколько раз уходили, захлопнув все двери.
А теперь как дурак за тобой я бегу.
Я устал уставать, накопились потери.
Дни рождения, гости, смешные подарки.
Предвкушение чуда, которого вроде бы нет.
А я считаю опять не свои полустанки.
И не с тобой и не ем я не вкусный обед.
Что тебе пожелать кроме нежности.
Каких сказок могу я ещё обещать.
Может утро наполнится праздничной свежести.
Нам мечтать бы давно прекращать.
Каждый день и не только в рождения.
Пусть в дали, пусть не складно, не в такт.
Наши руки, как мост в миг сведения.
Пусть враги подождут, здесь антракт.
Чудо есть, оно, знаешь, в старении.
Начинаем других мы любить.
Расползутся в года дни рождения.
Нам с тобой остаётся лишь быть.

             Х  Х  Х  Х 

Мы кажется полжизни или больше.
Кто сможет её точно сосчитать.
Не встретились на перекрестке там где тоньше.
Как лёд асфальт что от людей не убежать.
Что ровно двум сигналам светофора.
Стремятся ноги для сердец такая фора.
Мы вродебы всегда одновременно.
Забыв про зонтики дожди и полумеры.
Закинув головы назад смиренно.
Пустили самотёком вопрос веры.
Что опоздали друг для друга опаздать.
Где потерявшись стали дальше поживать.
Мы разным накрывались одеялом.
Одну деля не спящую судьбу.
Что как утюг мы нагревались цветом алым.
Где каждый вечер собирались на войну.
Что пораженье стало нам закономерным.
А лет полёт уже давно безмерным.
Мы кажется себя изранив в долгом.
Процессе набегу задёрнув шторы.
Что назовём поздней с тобой притворным.
Кому добро приносят эти ссоры.
Что каждый с каждым будет время обнимать.
Где налету успеть тебя поймать.

        Х  Х  Х  Х

От ненужности в серости прожитых дней я чужой.
Что смешавшись в картине безликих туда пешеходов.
Как об лёд головой через боль словно рыба немой.
Не успел сосчитать что ж поймать убегающих в даль скороходов.
Что теперь горевать жизнь в минуту отдать и плевать.
Завтра кончится сон и наутро опять мне вставать.
От усталости в скучной борьбе за количество вместо тебя.
Сколько я пересёк одураченных модою лиц.
Что как капли вчера убежавшего в солнце дождя.
Убегая оставили плакать неровные своды ресниц.
Что собрав их в один не моргающий строй.
Оставляешь под тенью бровей на постой.
От того что я вижу тебя каждый раз лишь во сне.
Что забывшись во сне забываешь  наутро проснуться.
Недоверие к собственным снам воспиталось во мне.
По знакомой дороге иду но боюсь в какой раз обернуться.
Что кружаться как бабочки зная как смерть им огонь.
Где одна из них падает с шелестом мне на ладонь.
От таких расстояний что нам на двоих удалось пробежать.
Что теперь башмаки раздвигают собой дальний угол.
Даже если вдруг вспомнил то их из угла не поднять.
Подойдут под убранство соседский на улице пугл.
Что не страшные вовсе стоят со смешными из ваты носами.
Их давно не бояться враги а боятся они себя сами.

           Х  Х  Х  Х

"Мы столько вместе прожили, что вновь".
Седьмое декабря пришлось на среду.
И у меня отсутствует та "бровь".
Но, может, я успею к вам к обеду.
Что бабочек метанья нам вокруг.
Когда собой за годы замыкаем круг.
"Мы столько вместе прожили, что снег".
Обычно в декабре под вечер тает.
А тут морозы, и прохожих мимо бег.
К кому бегут, никто из них не знает.
Что бег по кругу в зыбкой темноте.
Нас приучает к безупречной правоте.
Мы столько вместе избежали судеб.
Переставляя за год восемь раз диван.
Квадрату комнаты портретам не подсуден.
Как водится, пустой всегда карман.
Что без обеда перескочит в ужин.
Вчерашний голод, хмурый и простужен.
Мы на двоих читаем одни сны.
Увядшие кристаллами за годы.
Мои ещё вчерашние цветы.
Холодным невниманием погоды.
Что в руку вжатый старый талисман.
Случился выглядеть как будничный обман.