Звери о войне. Волк

                Подражая А.С. Грину


Волк

Зимой всегда я голодаю
И холодный снег глотаю.
Обычный день в лесу стоял,
Еды тогда я не сыскал,
Бродил в глуши, от скуки выл.
Вдруг открыли тут стрельбу,
По кому — я не пойму.
Я за деревом лежал
И о старости мечтал.
Смерть была совсем близка,
Охватила грудь тоска,
Уши заткнул, глаза закрыл —
Снег от всех меня укрыл.
Тишина вдруг наступила
И неведомая сила
Меня на ноги подняла,
Страх животный уняла.
Из-за деревьев выбираюсь,
Осторожно озираюсь —
Мертвецы одни вокруг:
Что случилось? Замкнутый круг.
К одному я подхожу,
Всего взглядом обвожу —
Кто сотворить такое мог?
Он лежит без задних ног...
Он еще и не остыл,
Я кусочек откусил —
Немного голод утолил.
Когда в глубь леса уходил,
Покоя мысли не давали:
— В кого они тогда стреляли?

                1995 г.


Рецензии
Александр Грин

«Звери о войне» (1915)
Медведь
Вчера охотники стрельбу по мне открыли,
Да как! Не пулями, а сундуками били!
Я, знаете, дремал;
Вдруг, в полуночный час, «трах, трах!» —
Запело здорово в ушах.
От страха я упал.
Куда ни повернись — все «бум!» да «бум!».
Побрел я наобум.
Меж тем — то сбоку трахнет,
То чуть не под носом, визжит, свистит и пахнет
Ужасной гарью. Наконец, прошло
Сметенье леса; в норму все вошло.
Иду я перелеском,
Смотрю: охотник спит, ружье играет блеском...
Затрясся я — однако подошел,
Обнюхал... Мертв он был, — я мертвеца нашел!
Ну, думаю, попал в себя случайно!
Однако ж подозрительная тайна
Явилась далее: здесь много было их
Все мертвых и в крови — охотников таких...

Белка
А белка, ворочая шишку,
Пропела кокетливо мне:
«Я этого бедного мишку
Вполне понимаю, вполне!
Теперь шутники, для потехи,
Лес темный исследовав весь,
Свинцовые стали орехи
Нам, белкам, разбрасывать здесь.
Но странно смотреть на иного
Бредущего тут шутника, —
Когда он упал, и немного
Дрожит, замирая, рука...
Он в полости нежной и зыбкой
Бледнея отходит ко сну.
И смотрит с застывшей улыбкой,
Как я пробегаю сосну».

Владимир Басалыга   27.01.2026 23:32     Заявить о нарушении