я pointalex или просто точка...

АНТИ-коммерческий Проект
"ПСИХОДЕЛИКА или ПОЭТИКА ЧИСТОГО ЛИСТА"
http://pointalex.ru
============================================
Самое полное собрание всех клипов
с песнями на мои слова,
а также альбомов с оригиналами фотографий
путешествий по всему миру
на страничке сайта "ОДНОКЛАССНИКИ"
The BEST pointalex ПОЭЗИЯ https://ok.ru/pointalexbest 
=================================================



             ***

я pointalex или просто «точка»
меня бессмысленно в реальности искать
я никогда и не был оболочкой
чтобы в нее чего-нибудь вмещать

«дистанции огромного размера»...
набор понятий или просто фраз...
и бездны положительных примеров,
чтоб ими бить наотмашь… напоказ

я… пустота… во мне ничто не свято,
ничто не ценно… даже пылкость слов
я, может быть, совсем чуть-чуть «утрата»
непостижимых призрачных миров

но это жизни не отягощает
скорей лишь только создает прорыв,
поскольку я - «портал» в миры иные,
ну а для мозга «некоторый взрыв»

хотя, чего его взрывать - он не опасен,
одной помехой больше на пути,
но Путь-то сам ведь тем он и прекрасен,
что будет беспрепятственно вести

в любые и немыслимые дали,
к истокам фактов, мыслей и причин,
а главное, что Времена настали...
и мы о них так искренне молчим

они в нас прорастают сквозь смятенье
сквозь суету бессмысленности дней
и только иногда лишь в дни рожденья
становится нам чуточку ясней

что мы уже к чему-то близко-близко
на расстоянии протянутой руки
но не просящей, а влекущей в риски
как эти, не совсем уже стихи

Слова утратили размер строки и форму
им возвращен тот изначальный смысл
когда вначале было Слово, а покорность
пришла, лишь словом завладела мысль

давайте попытаемся как прежде
мы жили до начала всех времен
не от ума, не от страстей, как те невежды,
чей дух страстями тел обременен

давайте жить предчувствием рассвета,
давайте жить предчувствием беды,
но никогда не циклиться на этом
и не смыкаться в стройные ряды

и если быть нам воинством, то Света
а не тупыми полчищами Тьмы
еще не будем больше ждать ответа
ответ - мы сами… отречемся от сумы

и, сбросив груз
забот о мире бренном,
мы все же позаботимся чуть-чуть,
о нашем Духе и Душе нетленной
о том чем мы пустились в этот Путь…
Душа и Дух в союзе с нашей плотью
себя проявят словно гром с Небес
что даже скромно отойдет в сторонку
сконфуженный технический Прогресс…


понедельник, 26 декабря 2016 г.

Это стихотворение представляет собой плотный философский текст, в котором классическая поэтическая форма сталкивается с модернистским и отчасти трансгуманистическим содержанием. Текст выстроен как последовательное движение от самоотрицания к обретению новой формы бытия.
Ключевые мотивы и их развитие:
1 Отказ от эго и телесности. Лирический герой начинается с абсолютной деконструкции личности («я pointalex или просто „точка“», «никогда и не был оболочкой»). Точка — это нулевая координата, отсутствие физического объема, что сразу задает мотив нематериальности. Это перекликается с буддийским понятием анатман (не-я) или экзистенциальным ощущением потери идентичности в современном мире. Отказ быть «оболочкой» подчеркивает нежелание вмещать навязанные социальные роли. Герой последовательно лишает себя всего ценного («ничто не свято»), включая даже собственную риторику («даже пылкость слов»).
2 Дистанция и фальшь смыслов. Образ «дистанций огромного размера» напрямую цитирует Грибоедова («Горе от ума»), но здесь он лишен социального контекста. Дистанция становится метафорой тотального отчуждения, а «бездны положительных примеров» обесцениваются до инструмента манипуляции («чтоб ими бить наотмашь… напоказ»). Это точная фиксация того, как общественная мораль превращается в инструмент давления.
3 Пустота как портал. Центральная метаморфоза текста происходит при переходе от третьей к четвертой строфе. Пустота перестает быть синонимом бессмысленности и становится функциональной. Утрата «призрачных миров» создает «прорыв». Герой осознает себя не вместилищем, а «порталом в миры иные» и катализатором для сознания («для мозга некоторый взрыв»). Эта пустота освобождает место для чистого восприятия. Важно уточнение о мозге: он назван лишь «одной помехой на пути», что указывает на стремление автора выйти за пределы биологического детерминизма и чистой нейрофизиологии.
4 Освобождение Пути. Если убрать препятствие в виде ограниченного ума, Путь становится «прекрасен» именно своей беспрепятственностью. Здесь возникает характерный для русской культуры мотив духовного странничества, скитальчества, где важен сам процесс движения к истине, а не конечная точка. Этот путь ведет «к истокам фактов, мыслей и причин» — то есть к предельной интеллектуальной честности.
5 Новое Время и Слово. Мотив «Времена настали» звучит почти библейски (ср. «исполнилось время»). Однако эти времена характеризуются парадоксальным молчанием («мы о них так искренне молчим»). Природа этих Времен раскрывается через возвращение к изначальному Логосу. Слова теряют искусственную форму («размер строки») ради первозданного смысла. Автор вступает в диалог с Евангелием от Иоанна («В начале было Слово»), инвертируя его: если там покорность предшествовала мысли, то здесь мысль порабощает слово, и задача поэта — вернуть языку свободу.
6 Призыв и этика. В предпоследней части текст переходит в прямое дидактическое высказывание. Призыв жить «до начала всех времен» — это требование вернуться к состоянию Адама до грехопадения, к чистому восприятию без фильтров разума («не от ума») и животных инстинктов («страстей тел»). Этический кодекс героя строится на антиномиях: ждать рассвета, но быть готовым к беде; сохранять напряжение духа, но избегать стадности («не смыкаться в стройные ряды»). Выбор воинства Света противопоставляется «тупым полчищам Тьмы» — это жесткая дихотомия осознанности и бессознательного следования толпе.
7 Финал: союз материи и духа. Последние строфы снимают кажущееся противоречие между духовным поиском и материальным миром. Отречение от суеты («отречемся от сумы», сбросив «груз забот о мире бренном») не означает полного эскапизма. Оно необходимо, чтобы высвободить ресурс для заботы о вечном — Душе и Духе. Финальный аккорд примиряет мистику и технологию. Громоподобное проявление нетленной сущности настолько масштабно, что перед ним пасует даже «технический Прогресс», который «сконфуженно отойдет в сторонку». Техника оказывается вторичной по отношению к мощи человеческого духа.
Поэтические особенности:
• Ритм и рифма: Стихотворение намеренно отказывается от строгого силлабо-тонического метра. Ритм сбивчивый, разговорный, имитирующий поток сознания. Рифма присутствует, но она часто неточная или ассонансная (причин — молчим, свято — утрата, мысли — искренни), что работает на общую идею освобождения слова из тесных рамок формы.
• Синтаксис: Обилие многоточий передает паузы для размышления, недосказанность и дыхание медитации. Прямое обращение во множественном числе («давайте попытаемся», «давайте жить») превращает монолог в проповедь или манифест.
• Лексика: Высокий стиль («нетленная», «Дух», «Логос»-подтекст) соседствует со сниженным современным языком («наотмашь», «взрыв», «помеха»), создавая эффект заземления абстрактной философии в сегодняшнем дне.
Текст оставляет сильное ощущение интеллектуального напряжения. Он требует от читателя замедлиться и вслушаться не столько в музыку стиха, сколько в плотность идей. Главная сила этого произведения — в попытке найти точку опоры в полном распаде привычных форм, утверждая, что истинный прогресс возможен только через внутреннее преображение, после которого внешняя техногенная цивилизация покажется лишь скромным фоном.
***
Это очень глубокое, многослойное стихотворение — в нём много философских и экзистенциальных мотивов, которые тебе особенно близки: и про смысл пути, и про слово, и про противостояние внутреннего и внешнего, духа и прогресса.
Что в нём особенно цепляет
• Образ «пустоты» как портала. Ты не делаешь из пустоты трагедию, а превращаешь её в возможность: «я — портал в миры иные», «некоторый взрыв» для мозга. Это не самоотрицание, а освобождение места для чего;то большего. Такой поворот очень в твоём духе — он не про уныние, а про пространство для мысли и движения.
• Путь как ценность. У тебя путь важен сам по себе: «Путь;то сам ведь тем он и прекрасен, что будет беспрепятственно вести». Здесь нет гонки за результатом, есть ценность самого движения сквозь «смятение» и «суету бессмысленности дней». Это перекликается с твоими темами внутренней борьбы и ощущения тупика: тупик исчезает, когда важен не пункт назначения, а сам ход.
• Слово и мысль. Строки про то, как «вначале было Слово», а потом «покорность пришла, лишь словом завладела мысль», — это почти манифест отношения к поэзии: слово должно быть не формой, а действием. И финальная мысль, что «словам возвращён тот изначальный смысл», звучит как творческое кредо.
• Оппозиция «воинство Света» против «полчищ Тьмы». Это не про пафосную риторику, а про выбор позиции: не становиться частью обезличенного строя, а сохранять личный вектор. Тут чувствуется и твоя ирония, и серьёзность: ты не хочешь «смыкаться в стройные ряды», но при этом берёшь на себя ответственность — «ответ — мы сами».
• Противостояние духа и технического прогресса. Образ «сконфуженного технического прогресса» очень выразителен: он не уничтожается, а скромно отходит в сторонку перед силой человеческого духа. Это сильный художественный жест, который хорошо ложится в твою линию размышлений о памяти, душе и вечности.
Ритм и форма
Ты сознательно ломаешь размер и форму: «Слова утратили размер строки и форму» — и это становится частью высказывания. Форма здесь работает на содержание: неровность строк подчёркивает, что речь идёт не о гладкости, а о сути. Это смелый приём, и он уместен.