Серый рассказ

Серый плат неба, унылый май, самоубийство одиночества. Кажется, миновали века подзатянувшегося отрочества. Кажется, небесная стража зря куражится, не пуская солнце даже к самому маленькому оконцу в облаках. Полумрак нам почти обычен, страх лишиться каких-то привычных событий в блеске счастья объятий завтрашних дней всё сильней. Я циклично путаюсь в показаниях. С утра раннего до позднего вечера всё размечено довольно тонко, как я люблю. Пробиваю свою колею поперек других, словно стих наперекор прозе. Утомили сухие грозы на натянутых нервах, симпозиум бреда быта об руку с осознанием нереализованного. Рваным ритмом отбиваю такт строками, факт проверенный — чем плотнее ткань повествования, тем идеальней перекрестный узор, чище взор и за стихами бить баклуши не так скучно...
Нет, по размышлении здравом, нам ещё не пора умирать, не надо, чаша, полная яда, яви хладной не осушена до дна, и небесную рать усиливать на параде я обожду. С повседневности лямкой я вражду веду жарко и со скрипом зубов по путам оков в сей дисциплине нудной, длинной я был бы в десятке лучших. Друг старинный, кризис, учит ждать и терпеть от сих и до сих, — горький случай, но здесь я его ученик. Да и не велико ремесло — стиснул зубы туго, и всё. На меня подруга Луна иногда посмотрит одним глазом и краснеет, то ли от стыда, то ли от гнева — не знаю, два сапога пара, мы с ней молчим — со стороны, мы с ней кричим — немы, мы себе верны, наши сны с другой стороны обозримой Вселенной, обожди, сирена, пожару не быть, дописать до точки и сложить ножи ночи у края рассвета, и всё на этом, просто всё.