Ночь смеётся во мне сатаной

в города я уже не вхожу.
я подался в глухую деревню.
на печи неподвижно лежу
и смотрю на большие деревья.
я смотрю как дубы-колдуны
подпирают ветвями небо.
варит зелье из света луны
тишина с порошками из снега.
и ведут хоровод тополя
с заплетенными в кроны ветрами.
и ложатся под ними поля
очарованы белыми снами.
ивы снежную песню поют
о царе ледяного Устюга.
и пуховые шали им вьют
рукодельницы стужа и вьюга.
мои руки и ноги - лучи.
я звезда  отчуждения в дольнем.
курит печь белым дымом в ночи.
ночь вдыхает и ей прикольно.
ночь смеется во мне сатаной.
черный ворон в меня влетает.
черный ворон становится мной.
ворон старый и многое знает.
он напитан коварством и злом.
всей изнанкой мирских пороков
с ложным взглядом кривых углов
искушения смертных роком.
злонамерением подлецов,
чести сладкого вожделения,
тайной заговоров дворцов
с культом личного обожествления.
я уже и не я, а он.
поднимаюсь чернее ночи.
бью о печь смоляным крылом.
на печи мне уже не очень.
грозы мне освещают путь.
я ложусь на крыло и тенью
ускользаю в иную суть,
вечность кажется в ней мгновеньем.
в города я уже не вхожу.
в города я уже влетаю
и над городом ночь кружу.
я о городе многое знаю.
как игра драгоценных камней
он неоном залит до края.
это мекка ночных затей
в симулякре земного рая.
режиссеры большой игры
словно мушек на липкой ленте
крутят жителей через сны
в нескончаемой киноленте.
утро гонит с востока ночь,
начиная теней движение.
я опять улетаю прочь
в глухомань моего забвения.
руки черные южным крестом
на печи расплескав устало,
становлюсь чисто-белым листом.
что бы жизнь ни о чем не узнала.
___________________
Калейдоскоп:
http://www.stihi.ru/2016/04/04/11989