Черновики. из цикла Элементарные частицы

Не то страшит меня, что в полночь,
Героя в полночь увезут,
Что миром правит сволочь, сволочь.
Но сходит жизнь в неправый суд,

В тоску, в смятение, в ракеты,
В починку маленьких пружин
И оставляет человека
На новой улице чужим.

И. Бродский


Я говорю не для романа,
Не для романа я пишу,
Но в этом - суть самообмана.
На пальцах - воск. Задуй свечу.

Взгляни на улицы пустые,
На тусклый свет, на грязный снег,
На то, как больше, чем остыли,
Мы все, спустившись в новый век.

Не увезут героя в полночь
Ни в воронке, ни на такси.
И только площадь, только площадь
Завоет ветром от тоски

За всех не помнящих ответа,
За всех безродных и глухих,
За то, что в зимнее одета
По воле северных стихий…

Когда сдирают кожу с тела,
Ломают кости, жилы рвут,
До крайней точки, до предела
Доходит разум. Там и тут

Я вижу уйму однодневок,
Летящих ввысь, летящих ввысь.
И на декабрьских перепевах
Иная жизнь теряет смысл.

Всё повторяется. Вполуха
Ловлю знакомые слова.
Собор летальной повитухой
Торопит мир не узнавать,

Не отвечать, подставив щёку,
Не обнажать до черноты.
Но как-то мрачно, как-то блёкло
Из оголённой пустоты

Вплывают мёртвые кварталы
Не в мой оборванный роман,
А снег, растоптанный и талый,
Вобравший тысячи осанн,

Бросает будущему вызов
Своей бесформенностью и,
На тротуар себя нанизав,
Стекает грязью в черновик.

Черновики… Я рву их, рву их
Нетвёрдо-твёрдою рукой,
Как гитарист на нервных струнах
Играет зыблемый покой.

Но позже склеить не удастся
Ни тусклый свет, ни грязный снег.
Бездарный, в принципе, рассказчик
Декабрь. Пустышка-оберег

На тонкой ниточке сравненья
Висит, раскачиваясь в такт
Удачам, срывам и сомненьям,
Что всё пошло совсем не так…

А ночь разносит паранойю
По коридорам и клочкам,
Впуская нового героя
В мой черновик, как в божий храм.

20.12.2016. TSV