В глубину себя

Мы в глубину себя ныряем, только когда болит душа,
Когда врачи не помогают и не страшит на небе мгла.
Когда чужое безразличие опустошает изнутри,
Когда пороков лживых лица с насмешкой гасят нам огни.
Мы лишь тогда к себе приходим, когда устали от вранья,
Когда события маски многих бросают к раненным ногам.
Когда не выдержит сознание столь переменчивых миров,
В которых мы живем ментально в телесной плотности оков.
Когда советы и приметы проходят будто стороной,
Тогда приходит в Бога вера, признание самих собой.
И когда ночь нам зажигает на небе звезды-светлячки
Душа как будто бы петляет, чтоб путь средь них свой обрести.
Когда потери и утраты уж переполнили виски,
И когда яд от них не страшен… готовы лишь тогда идти.
Идти к себе, своей природе, без масок и личин иных,
Без осуждения народов, без умыслов лихих и злых.
Без безрассудства и богатства, без горечи мирских утех,
Без багажа и ручной клади, ногами босыми на снег.
Душа как будто замирает, дыша едва… едва дыша…
С почетом новый мир встречает и трансформацию ума.
Уходит тяжесть и уныние, тревоги и животный страх,
Уходят будто мыслей вихри и наступает тишина.
Уединение с собою, единства мира и души,
Прикосновение свободы от грешной бурной суеты.
Все будто в миг остановилось, замедлили часы свой бег,
И замерли в себе мгновения и ожиданий слышен треск.
И внутренний проектор мира, настроенный под частоту
Того трехмерного эфира, направленность меняет вдруг.
И восприятие стало ярче, паллеты красок обретя,
Сомнений сбросив своих рясу вздохнула истиной душа.
И руки, сжатые в молитве, как будто отпустила боль,
Ее ослабли зова крики и обретен внутри покой.
Нет больше мира осуждения, деяний осуждения нет,
Не вызывает отчуждения распятие чужих проблем.
И нет навязчивых мышлений как нет нужды в примере всем,
У каждого свой путь и плечи, чтобы нести свой крест и плен.