СильМарина

Марина живёт как в сказке. Неважно, что сказку эту творит в голове (и в жизни) чумных тараканов строй. Они ходят вечно в касках, они изучили Эдду, легенды Карпат. И ши;зой их лидер болёзный строг.

Марина ложиться в десять. Ну а засыпает к часу, она говорит, что норма, но верит сама с трудом.
От снов – никуда не деться. Марина вздыхает часто: ей снятся овраги, норы и брошенный чей-то дом.

Ей снится такое небо, что хрен ты в стихах опишешь, ей снится, как поднимает на битву умертвий рать. Ей магии снится невод, ей снится пирушек пища, и изредка снятся маты в ответ на кровавость ран.

Закат – будто склеен скотчем во снах, что упились чудом. Ей снятся побед парады и прочий занятный вздор. А завтра она подскочит с каким-то паскудным чувством, как будто не всё в порядке
(в лесу кто-то крупный сдох).

Марина убьёт принцессу, Марина спасёт дракона, дракона спасёт в себе же от туши и от духов, от быта, любви и секса, - занятий принцесс исконных, от тонкого стрингов бежа, и прочих земных оков.

Сбежит из квартиры душной, сбежит в тонких драных джинсах, к психологу-консультанту
направится на приём.

Психолог, её послушав, оценит двоякость жизни, оценит слов броских танто, фантазии остриё.
...
Психолог ложится в десять, не думая о Маринах, о Светах, Олегах, Элях, не думая о себе.
Ему снится книжка детства. Под отблеском сильмарилла психолог глядит на эльфов.

Корабль берёт разбег.