***

Направо крест, налево крест,

Куда  не  кинешь  взгляд  окрест,

Не  спрячут  пышные  кусты;

Кресты, кресты, кресты.

Ожил  сожженный  березняк,

Расстрелянный  огнем  атак.

Воронки   буйно  заросли,

Не  видно  вспаханной  земли,

Не  плугом  вспаханной, войной.

Здесь  все  прониклось  тишиной.

Приют  последний  для  солдат.

В  кустах  седеет  иней.

И  каждый  здесь  друг  другу  брат,

Без  наций  и  фамилий.

А  у  креста  старушка  мать.

Устала  сына  с  фронта  ждать.

Ей  писарь  весточку  прислал,

В  бою,  без  вести  сын  пропал.

Он  сорок  лет  идет  домой.

И  не  дойдет: -  ровесник  мой.

В  какой  стране?

В  каком  бою?

Сложил  он  голову  свою?

Теперь  в  любой  могиле  здесь,

Частица  ее  сына есть.


               
Сумраком  окутывает  окна.
Кустик в отраженной  полосе.
И  тоска  на  нервные  волокна,
Защемила  болью,  чувства   все.
За  столом,  командуя  впервые,
Поднимаю  за  отъезд  бокал.
Почему  в  минуты  роковые,
Я  свою  любовь  не удержал.
Что  сказать  ей.-
‘ Стой,  не    уезжай’.
Да  и  что  в  любви  решает  сила.
Я  молчу , как  острие  ножа,
Пауза  последняя  застыла.
Чья – то  недосказанная  тема.
Граммы  недопитого  вина.
И  бежит  безжалостное  время,
За  столом,  разлуки  тишина.



Эта девушка с бледной кожей,
И  с  мальчишеской  стрижкой  волос.
Брови  делают  личико  строже.
Симпатичной, - курносый  нос.
Скрыто  тело  вечерним  платьем.
Незатейливо  локон  завит.
Я  иду   как  простой  покупатель,
Пригласить  претендентку  любви.
Расхрабрился  я  не  напрасно.
Она  руку в  ответ  подает,
И  танцуя  со  мною  прекрасно,
Мне  надежду  на  дружбу  дает.
Потеряю  я  с  нею  голову.
Разделю  свою  жизнь, на  части.
И  останется,  правда  голая,
Вместо  сказки,  о  вечном  счастье.
Нет!     Уйдет  она  лучше  пусть,
Пока  сердце  мое  из  воска.
Пусть  ночами  наводит  грусть,
Оставаясь  в  мечтах  подростка.



Память
Пройдет  сто  лет,
А  может  меньше.
Предела  нет
Износу  женщин.
Мужчины  рано
Уйдут  в  могилу,
Терпеть  обманы
Им  не  под  силу .
Души  горение,
Недолговечно.
Стихотворение,
И   то  не  вечно.
Родные  позже,
Узнают  плача.
Он  честно  прожил.
Не   мог  иначе…
Сгорел, с  судьбою
Не  рассчитался.
Но  он  с  любовью
Не  расставался.
Прощал  обиды,
Издевки   ваши.
Давно  забыто,
Что  было  раньше.
Текут  минуты
Печальных  буден.
Простилась  будто,
А  не  забудешь.
И  ночью  темной,
Не  сон,  а  мысли
Тоской  огромной
В  душе  повисли.
На  синем  небе
Чернеет  солнце.
И  смерти  небыль
Стучит  в  оконце.
Не   спишь  ночами
Ты  от   страданий.
В  своей  печальной
Исповедальне.
Ты  смотришь  мимо,
Экрана , теле,
Была  любимой,
Душой  и  телом.
В  греховной  страсти,
С  чужой  женой.
Он  был  несчастный.
Но  был,  родной.
Сейчас  все  дальше,
Ушел,  поглубже.
Вдали  от  фальши.
Там  может  лучше.
Обиды  пламенем,
Не  жжет  могила.
Как  в  мелодраме,
Ему  ты  мстила.
Да  вот  победы,
И  нет,  в  борьбе.
Одни  лишь  беды,-
За  зло,    тебе.



Лето.
Лето.  Солнце.  Море  света.
Грифель  солнечный  поднят.
Над  разбуженной  планетой,
Ноты  летние  звенят.
Теплоты  природной  навык.
Запевает  басом  шмель.
Шелестят   о  чем  – то  травы,
Под  ветровую  свирель.
Поцелуи,  до  рассвета.
В  зелени  скрывая  нас.
Кружит  синяя  планета,
На  ресницах  синих  глаз.



В  обиде  смех  растаял.
Намеков  водоем.
Пытаешь  все,  пытаешь,-
Играешься  с  огнем.
И  от  бессилья  злишься,
Что  повод  ты  дала,
И  близко,  слишком  близко,
И  губы  и  тела.
И   соприкосновение,
И  быстрой  страсти  дрожь.
И   нервное  смятение,
Ответа  не  найдешь.
Другого  ты,  другую  я.
Любили  мы  с  тобой.
До  этого  разгула,
Гимнастики  слепой.
И,  доброте  не  выстоять.
Оделся  снегом  зной.
Соприкоснулся  близко  я
С  предательства  ценой.
Ну,  доигралась  крошка,
Сожгла  меня  дотла.
Упрямилась  немножко,
Но,  ласковой  была.
В тебе моя заслуга,
Нет прихоти иной.
Чем полюбить от скуки,
Назвать тебя родной.
Любимую  забуду,
За  сексуальный  срыв.
Рабом  семейным  буду,
Все  прошлое  забыв.
Учеба,   труд   и   дети,
И  дел  круговорот.
И  только  в  сердце  где – то,
Любимая  живет.



Учеба.
Предметы  школьные  не  раз,
Я  отвергал,  не  понимая,
Что  в  них  теория  сплошная,
Связующая  с  миром  нас.
Прошла  учеба,  жизнь  иная.
Законы  физики  с  утра.
И  геометрия  сплошная,
Выходит  из-  под ,  топора.
И  химия , в  Торгсинотделе,
Материей  одежд  шуршит,
Была  докучной  для  души,
И  так,  необходима   телу.
Одно  я  полюбил  из  детства,
Традиции  родной  страны.
Литературное  наследство,
Давно  ушедшей  старины.



Я  в  зеркало  смотрю,  и  вижу  лишь  себя,
Лицо  в  морщинах , жесткий  контур  губ,
Лицо  мое  не  таяло  любя,
И  взгляд  всегда  от  подозрений  груб.
Такой  я  был  ревнивец  благородный,
Соперников  неустрашимый  бич.
И  в  зеркале  остался  дух  бесплотный.
Как  мысли  свои  прошлые  постичь.
Любовь  держал,  как  на  цепи  болонку,
Не  отражаясь  в  ней,  а  покоряя.
И  глупость  мужиков  бывает  тонкой,
Ошибки  своих  предков  повторяя.
Я  был  неправ,  но  виноват  не  я.
Нет  женской  красоты  без  поклонения.
Все  смотрят  в  глубину  небытия,
И  видят  там,  любимой  отражение.
Я  ревностью  настолько  озабочен,
Что  быть  со  мной  пока  никто  не мог.
Но  и  меня  заманят  чьи – то  очи,
Склоню  я  голову,  у  чьих – то  ног.



Ветер.
Я  хочу  написать  о  ветре.
Этот  хаос  в  степном  краю.
Как радуги летней спектры,
Ненавижу  я,  и  люблю.
Ветер  летний , прической  русой,
Поиграет,  рассыплет  злясь.
И  бежит , улыбаясь  в  луже,
Ребрами  волн  смеясь.
Ну  а  дунет  сурово   зимний,
Подморозит   заснеженный  наст.
И  висит  сосульками  иней,
На  бровях  и  ресницах  глаз.
Я  с  ветрами  степными  вырос,
В  Забайкальских  краях  родных.
Потому – то  и  узок  вырез,
Глаз,  у  местных  народов  степных.
Я  отвлекся,  пишу  о  ветре,
Что  гуляет  в  родных  краях.
Где  в  пургу  не  увидишь  в  метре,
Где песок скрипит на зубах.
Помню  эти  крутые  сопки,
И  чабан  не  жалея  слов.
Матерится  про  радио – сводки,
Не  спасающие   от  холодов.
Утром  в  пять  подымаюсь   сонный.
Выхожу  на  мороз,  зима.
Где – то  фыркают  тихо  кони,
Непроглядна  ночная  тьма.
Не  привык  подниматься  рано,
Мог  еще,  три  часа  поспать.
Я  иду,  от  сна  полупьяный,
Лошадь  старую  запрягать.
Ложу  вилы  в  большие  сани.
Не  разгонит  и  холод  сон.
И  за  сеном,  как  странник  ранний,
Уезжаю,  держа  наклон.
По  реке,  тропа  меж  кустами.
Проскочу  по  крепкому  льду.
И  подъехав  к  копне,  пластами,
Сено  в  сани  кладу, кладу.
Вилы  крепки,  лиха  зарядка,
Замирает  от  ветра  дух,
Завершаю  победой  схватку,
Бастриком  скреплю,  сена  пух.
И  от  тела  уже  струится,
Пар  тепла , уходя  в  дымок.
А  над  сопками  народился,
Розоватый  солнца  рожок.
И  морозец  злей  на   рассвете.
Не  спасет  с  этой  клячей  плеть.
Подгоняет  холодный  ветер,
Подморозило ,  не  усидеть.
И  бегу  я  с  санями  рядом,
Иглы  снежные  блещут  в  лучах,
А  мороз  все  крепчает,  рад  бы,
Он  забраться  в  тепло  рубах.
Приезжаю.  Уже  не  сонный,
Бодрый  жилистый  паренек,
Разгружаю  я  у   загона,
В  чистом  поле,  весны  кусок.
В  нашей  Родине  многоликой,
Тем  почетен  труда  почин.
Что  вплетается  в  дело  великое,
С  самых  маленьких  величин.



Утро.
От  солнечного  света,
Упавшая  роса.
Сияет  на  рассвете-
Небесная  слеза.
Игривый  ветерок,
Ветвей  качает  тени.
И  неба  отражение,
Качается  у  ног.
Вокруг  и  трав  и  птиц-
Разноголосица.
На  полотно  страниц,
Поэма  просится.