У трамвайных путей колокольня

Как не сложившийся историк с вполне сносным биолого-экологическим образованием (бывают и такие метаморфозы), я убежден, что очевидное это соотношение фактов не имеющих права на осуждение. Некоторые из них по своей сути, или нелепому стечению обстоятельств, не любимы, не обсуждаемы, или по меньшей мере не модны.
Тем не менее они есть, вот только преподносить их можно по разному.
Часто, однобокое мнение взятое за основу предстает в качестве, увы, сильного, но далеко не единственного свидетеля происходящего.
Так уж сложилось...

Правда как художник (кем тоже не суждено было стать, руку набивать нужно было в свое время, а не по горам лазать) я уверен и в том, что нет только черного и белого. Госпожа истина многогранна и обычно располагается где-то посередине, занимая ложу в ярком многоцветии палитры декораций, увлекательнейшего спектакля с названием история.

В общем, не однозначно все.
Однозначна лишь вера, да и здесь, свое дано, каждому...

***
У трамвайных путей колокольня
Листья зеленью радуют свод,
От деревьев разросшихся вольно
Высоко без житейских невзгод.

Пережив череду революций,
Три войны, две великих страны,
Вновь мерлоны ее остаются
За кулисами главной стены.

Не скрывая годов черепица
Обветшала в седых лемехах,
С арматурою острой как спица
В незачтенных столице грехах.

Без керамики штукатурка
И кирпич под ней шаток и плох,
Эта церковь как ржавая втулка
В жерновах уходящих эпох.

Стойкость веры жестокое бремя
В почитании общих святых,
Разделивших тяжелое время
В том расколе своих на чужих.

Двоеперстие два, не три пальца,
В смутном споре от правды до лжи,
Превращавшем народ свой в скитальца
От сохи и от скудной межи.

Сделавшись без вины виноватым
Уходил он насиженных мест,
От костров с неминуемой платой
Сберегая нательный свой крест.

И в анафеме проклятой веры
Православных церковных реформ,
В пору имя нашлось — староверы,
В сохранении истинных форм.

До погони за модой Царьграда,
От крещения в древнем Днепре,
Самобытность была им укладом
В поклонении к русской земле.

С древним сводом церковных преданий
И хождению по солнцу в обряд,
Прожита череда испытаний,
Что тянулась столетия подряд.

На Аляске и в знойной пустыне
От глаз спрятан раскольничий скит,
Знаменитое пенье и ныне,
В унисон старорусский звучит.

А Москва молодеет церквами,
Что ей стоит былое принять,
Ведь едиными рдеет делами
В разногласие ища благодать.

Скоро век как молчит колокольня
Тая в тенях окрестных домов,
Нет малиновых звуков раздольных,
Нет на звоннице колоколов.

Нет и Девкинова переулка,
Стерлось имя с особняков,
Среди офисов тесно и гулко
На парковках прошедших веков.

Лишь табличка с притворным лукавством,
QR-кодом примкнула к стене -
«Охраняется государством»,
Удивляет своей новизне.

Но стоит колокольня упрямо,
Впопыхах не забыл ее бог,
В поминанье ненужного храма,
Звенит громкий трамвайный звонок!


P/S Буквально в трехстах метрах от метро Бауманская, на одноименной улице в сторону Ольховки и находится как раз та самая звонница. Просто встаньте и немного постойте в ее арке под разрушающимися куполами. Дальше не нужно писать, она сама, все, вам расскажет...

***
Колокольня старообрядческого храма во имя святой великомученицы Екатерины
Москва, Бауманская ул. (Девкин переулок)
1915 - 2016 г.