нестрашное

Все наслажденья что дрожь вызывали, сгнившие яблоки
Толпятся радостно у мясорубки сознания,
Будет свежая кашка юному миру дьявола…
Куколка пластмассовая в колыбельке спеленута…
Да, и страшно то что это – жизнь, не игра.
Ведь детей теперь нет как нет боли греха и мечты…
Вижу.
Нет солнец что взвиваются в небо, послушные детской руке,
А есть лишь пустые тележки, что по магазину страстей уцененных
Катит рука безымянная, в шрамах, дрожащая…
Вижу – кухню бесовскую, как мозги наши отваривают
В неподъемном болоте лени, страшной лени поверить…
Вижу – плантации черного льна, и из него рубахи, платья, рубашечки, платьица,
Что носят сейчас так многие на обнаженной душе, учась привыкать к искусственному.
Вижу плантации рынков, плантации, где колосья – наши стремленья,
И пьяный комбайн хохочущий, и пышный цвет сорняков,
И жирных бескрылых жуков, нетропливо жующих зерна новорожденных попыток,
И засуху, засуху, засуху………почему не сошел с ума от того что видел?
Лишь потому что видел еще одного ребенка внебрачного,
Рожденного так далеко от свалок, бессмысленных фабрик и обожравшихся рынков,
Лишь потому что видел сияющий свет материнства из глаз Души льющийся.
И от того что видел как на рассвете – не мясорубки но Солнца
Выходит к окошку Душа и видит – подвенечная стая снов перелетных
Гнезда свила свои совсем близко, сияющее чисто и радостно рядом…