на четвёртой полке
Что до него не могли дотянуться все те жестокие грязные дети,
Что рождены были Временем нашим от Пустоты…
Он жил так высоко, что ни сломать не могли,
Ни в варево смрадное бросить,
Чтобы Толпу прокормить – слепую, ленивую
И столь жестокую к снам-мотылькам.
Когда он понял, что в нём – семена – не еда,
То забрался так высоко, как только мог,
И начал ждать – не смерти, не счастья и не прозренья,
Ибо их семена были в нём.
Нет, он ждал Бога…
Свидетельство о публикации №116112900036