на четвёртой полке

Он жил так высоко,
Что до него не могли дотянуться все те жестокие грязные дети,
Что рождены были Временем нашим от Пустоты…
Он жил так высоко, что ни сломать не могли,
Ни в варево смрадное бросить,
Чтобы Толпу прокормить – слепую, ленивую
И столь жестокую к снам-мотылькам.
Когда он понял, что в нём – семена – не еда,
То забрался так высоко, как только мог,
И начал ждать – не смерти, не счастья и не прозренья,
Ибо их семена были в нём.
Нет, он ждал Бога…


Рецензии