Сон-44

Сперва полагала, что будет, как мама,
простая земная обычная дама,
а после настали морские обиды,
Деметра за зеркалом - тень Артемиды,

а там - нерождающая нерождённость,
и несократимая непобеждённость,
цветущая розой, которую сокол
не вычленит взором из матовых стёкол,

из водного света в стеклянном серванте,
опилками мебельными не поганьте
сплошного стекла, не для форм, а для света
прозрачного, для цветового букета,

аморфно пятнающего изнутри
кристальное лоно приморской зари,
встающей как зеркало, только навстречу,
и зря разбивавших - жестоко калеча,

чтоб птиц не стреляли бы суки от скуки,
искрасив мордашки и вывернув руки,
и ноги связав узловатым хвостом,
в воздушном зверинце, капкане пустом,

клетушке на вертеле в вечном огне,
а выход и вход заключались во мне,
усваивать тени и свет пропускать,
чтоб тёмные пятна души полоскать,

создать по-отцовски, но мать не ломать,
и выпустить всё, что случилось поймать,
оставшись извечным кристаллом основы,
защитным, нескрысившим света покровом,

не матрицей, а изначальным твореньем,
Творцом вдохновляющимся в упоеньи,
прохладным и жарким дыханьем живым,
как благоуханный клубящийся дым,

светлейших оттенков, почти что прозрачный,
летающий и неизменно удачный,
которого стелется слабая тень
на матричный самозабвенный плетень,

но ссорятся тёмные крошки-матрёшки,
за насквозь пронзившие трубчато брошки,
зеркалящие уникальные коды
по вескому поводу, общему роду,

для входа в единую универсальность
сквозь неразбиенную горнохрустальность.