Не вошедшее в структуру МИ 03. Бататовая каша

Глава Голод.
Желания есть страдания? /Очарование = заблуждение./
Демотиватор «Бататовая каша», обморок и снятие порчи.

Так в чём услада,
вожделенная, заветная
бататовая каша -
тайная страсть увлекающая,
что подвигает,
и будит по утрам,
какой-такой неутолённый голод,
прочее застит безразличной
приглушённой пеленой?
желания заветного,
тайной страсти
требует и клянчит,
околдовывает
опутывая приворотный морок.
Застрял коготок –
пропасть всей птичке.
Достижимо, недостижимо –
не суть,
любой ценой, в бреду горячечном, до корч,
на карачках, из последних сил, хотеть,
даже не осознавая,  но жизнь - на алтарь.
Не суть – недостижимо.
Суть – мазано мёдом там.

на удочке,
привязанной к поклаже,
сладкая морковка,
маятником гипнотическим,
перед осликом маячит,
звезда умопомрачительная,
(«гори, гори..») путеводная мечта,
сладкая грёза,
влекущая вслед пальчиком манящим,
дурманящая напролом и мимо,
и сквозь жар и холод,
мрак времени и гомон,
с целеполаганием (целесообразным),
скрытым театрально,
посредством
трагически-комичных масок,
но тайным,
беспрекословным
и единственным: 
быть её рабом.

Анализ - страшен,
ведь что-бы ни было
тайным стремлением -
всё какое-нибудь пюре-гурме,
я узнаю её - бататовая каша.
Вари горшочек,
угощение
пьянящее мечты
лисам оборотням
азартом жизни увлечённым,
делая их теми,
кто они.

Разочарование - найти
искомого очарования источник.
Но не испугать, зачарованных,
на фоне переливчатом
волшебной грёзы,
мелочи этой пустяком,
охота то - пуще неволи.
Не испугать,
пока,
по крайней мере,
то, что искали, они (так опьянённо), не нашли.

Не низкие, пошлые, а
привлекательных высоких побуждений
!
с силой притяжения чёрной дыры влечёт,
лисой испуганной
по Земле к себе тащит на аркане
желанная цель смутная за гранью –
Движок. Мощный. Страсть. –
Блевотная похлёбка в уразумений миске  – 
это
вожделенная моя каша?
 –  Жри.
_
 ((а некоторые вот, между тем,
жаждут любви.
(А лесть и ложь, при этом, кстати,
хитростью бесхитростной лисы голодной,
!сами рождаются собой,
как истины в бескомпромиссном споре,
фокусом возникают на счёт три.))
(впрочем, приятного аппетита тоже.)
Ап-чхи!

( Про ми я, по прежнему, не волнуйтесь,
но в обезумевшей,
очарованной, озверевшей, обалдевшей, запутанной, миазмами
помрачения обволакивающей, пленившей, упоительной,
заполняющей,
зельем опоённой, опьянённой,
опутанной, закутанной,
её укромной,
уплотнённой, заколдованной ватной фазе.
Умеете ли вы хранить секреты как могила?
Очаровательно,
чувство это - МИ. )

Вот так.
Человеческая слабость
таится
в его желании заветном,
и вынуждает оборачиваться,
в пойманную голыми руками,
изворотливую маленькую жалкую лису.
Источник помрачения - 
в том, что увлекает.
Непринуждён и властен
только не одержимый
целью. (Трезвый, короче,
даже если пьян.)
Искать – патология,
алчность маниакальная
отвисших челюстей,
не стройте планов.
Но голодному сытый - не товарищ,
известно,
карася на мякине не провесть:
«Во Всём мире
амбиции целеустремлённые в почёте!
Зачем, писака, мозг морочишь?»
Ах, лисы., у Вас есть план, конечно, мистер Фокс.
Но, не ври мне, это бесполезно.
Не юля,
почувствует, успешно
даже мотивированный всякий,
в аромате далёком-далёком
несбыточном, (или вполне реальном),
неповторимо сладком, манящем
своей бататовой заветной каши
Горечь:
слабость – в желании заветном –
Это так и есть.

Но
оборотнем мысль
хвостом огненным махнула:
Услышать – не равно узнать –
Сжат в кулаке
бутончик нежный панацеи :
Лисы, посаженные в клетку,
Слепнут. –
Им больше некуда бежать.

Всё на том.
И правда - невыносимо.
К тому-же,
уводит слишком далеко
В дебри чащи, и так замороченной,
запутанной  мистики МИ темы.
Но сполна
расплатился арендатор
и щедро сверх,
загадкой различия силуэтов
всадников двух на закате.
И не соврёшь,
склоняет головы и сгибает спины
бремени тяжёлого
непомерна ноша:
Слаб человек. (не в том,
чему ухмылка радуется Ваша, мистер Фокс).
Но
Вопрос завязался на память крепко,
печального далёкого привета узелком:
Так какова твоя бататовая каша?