Недалёкое будущее...

Нас было пятеро в самолёте. Дали синие гравитационные пластины для прыжков и мгновенного изменения направления полёта. Достаточно было лечь на неё и мысленно задать скорость, траекторию полёта и место приземления.  Мы не разговаривали с друг другом. Тяжело было дышать. Будущее разворачивалось со страшной скоростью, настоящее не успевало становиться. Не было здесь и теперь, было сейчас или никогда. Прошлое было очень далеко. Мы давно забыли про обычные радости нашего мира. Они казались нам сейчас далёкими и нереальными.  Страх исчез в первые месяцы войны, мы устали бояться. Те, кто выжил, считал, что умирать теперь просто нельзя, а если и неизбежно это, то так чтобы утащить за собой врага или вывести из строя его плацдармы.
Противник был серьезно подготовлен, он продумал всё. Он вёл себя хитро, медленно и методично заполняя собой все пространства Земли. Ему не нужно было навязывать свои ценности, завоевывать территории и кричать о свободе, подрывать экономику, сеять болезни. Они предлагали долгосрочное сотрудничество. И вы, спустя какое-то время, уже не замечаете, как работаете на врага на его поле и на его условиях. Если раскинуть сети, то можно поймать больше рыбы. Они стали контролировать еду, безмолвные поля, жуткая тишина новых растений для корма.
Мы приближались к их самому охраняемому объекту. Приготовившись к прыжку, мы легли на синие пластины и покинули борт самолёта. Чистое небо. Я ещё успела подумать, как здорово, что я лечу и вижу это небо. Это подарок. На территории находилась лаборатория по проведению экспериментов над геномом человека. Больница, где шло так называемое «лечение» и «восстановление» после опытов. Огромный бассейн, видимо для хозяйственных нужд или для опытов в воде, возможно, проверяли ресурсы лёгких, температурные возможности, выносливость или что-то ещё. Такая изощрённость и дотошность в достижении чётких готовых результатов может напоминать только один (или не один) вид жизни, форму так сказать сознания на Земле. Не хотелось дальше рассуждать. У них везде стояли датчики эмоциональной стабильности. Поэтому как нас учили в разведшколе, ваша задача брать объект абсолютно счастливыми, гармоничными и спокойными. Звучит жутковато, там наших убивают, а мы тут такие радостные и счастливые нападаем. Однако, нам тоже нужен был результат. Может быть не такой жутковатый, но нужен. Это была новая стратегия. Когда тебе больно или ты в гневе,  ты теряешь остроту внутреннего зрения, а оно даёт больший объём информации, ты не прислушиваешься, и теряешь контроль, ты уже убит, дело за малым. Моя задача была пройти через все объекты, остаться незамеченной и скрыться в тайге. Естественно описав все.
Приземлившись на объект, я проникла  внутрь. Длинный тёмный коридор. Свет горит только в палатах, хотя на улице день. Возможно, опыты над чувством ритмов дня или вообще изучают биоритмы. Стоны, крики. Это самое поганое. Их нельзя слушать. Только слышать, иначе датчики эмоциональной стабильности заревут по всем объектам. Лепет, заученный медсестрами пытается заглушить эту жуткую «музыку» боли и страданий. Где-то внутри, твой ребёнок хочет ворваться в одну из палат и устроить бойню, спасти и вынести хотя бы одного. Этого делать нельзя. Выдашь себя, выдашь всех. Общий план срывается. Кого-то уже не спасти. Карма? Да нет, это мы придурки, долго терпели чужих хозяев на своей Земле, поздно взяли в руки то, что не должны были никогда выпускать. Поводья.
Я прохожу до конца коридора, тихо. Никто не услышал. Медленно открываю щеколду, выхожу, яркий солнечный свет. Точно биоритмы проверяют. Следующая цель. Огромный широкий из пуленепробиваемого оргстекла поезд, на монорельсе, скоростной. Значит вокзал. Вооружённые солдаты в форме охраняют поезд. Они стоят внутри вагона, позади них выстроены в шеренгу высокие, хорошо сложенные, светловолосые юноши и девушки. Их увозят куда-то на Запад. Вдруг я услышал шаги, прямо позади себя. Вывернув навстречу моим «пришельцам» другое пространство, я искривил мерность и поменял время. Они прошли мимо. Дальше я пробирался к тайге. Пролетели вертолёты. Прыгнув в воду, я обратилась к этой стихии и попросила вынести меня на безопасное место, насколько это возможно. Я вынырнула в одном из лесных озёр. Меня спрятали два медведя в своей берлоге. Ещё один вертолёт, медведь накрыл меня своим телом, меня не заметили.  Я уснула. Я была счастлива, что вернулась. Я не знала, вернулись ли остальные. Мы уходим каждый своей дорогой, и куда вынесет нас неизвестно.  Главное, я сделаю что-то ещё для своей Земли, пока я дышу, я обязательно что-нибудь сделаю…