Подвиг Юдифь

                Характер этой истории так
              разительно напоминает слишком
              хорошо известный нам стиль со-
              временной политики, что чита-
              тель может заподозрить, будто
              я выдумал ее или, по крайней
              мере, подтасовал исторические
              факты, чтобы создать аналогию.

                Джек Линдсей.
                Ганнибал.


О, человечество! Сложна твоя судьба -
Ты шло в наш век по путаной дороге.
Тебя вела отнюдь не голытьба,
А кто был нагл и мыслями убогий.
А эволюции тяжелым был процесс.
Не думал человек - иначе мог ли?
Не шел путем прямым, а дерзко лез,
Скользя по трупам и в крови по локти...

Пустынный горизонт. Земля Святая...
Лишь ветер теплый пыль несет настильно.
Идешь и опасаешься, шагая -
Все кровью полито вокруг обильно...

Затих веселый гомон на базаре
В античном городишке Ветилуя -
Еще бы - его жители узнали,
Что их вот-вот чужие атакуют!

Ведет жестокий Олоферн с востока
Тьму воинов, не ведая закона.
И до сих пор не бились так жестоко,
Как эта рать-орда из Вавилона.

Не сдержат стены крепости старинной,
И меньше воинов на стенах во сто крат...
И все. Конец! Падет их город мирный -
Его разграбят, а дома спалят...

И жители едва ли уцелеют,
Да и детей не пощадят, наверно,
А женщины противиться не смеют
Насильникам из войска Олоферна.

Сенат собрался, но молчат витии,
Не зная, что сказать, что предложить...
Здесь каждый о своем: "Как я, родные?..
Мы молоды и хочется пожить..."

В осаде город - мыши не прорваться,
Сенаторы как в рот воды набрали...
Тихонько заикнулся кто-то: "Сдаться!",
Но шикнули на труса в этом зале.

Вдруг шум в дверях - кого-то стражник держит.
"Пустите, кто там? - прокричал наместник.
Вошла Юдифь - вдова - в простой одежде...
"Ты к нам с плохой или хорошей вестью?"

"Я мужа потеряла раньше срока -
За крепостной стеной его могила.
Прикинусь: мне, мол, скучно, одиноко,
Пошла я к ней... И выведаю силы".

Задумался Сенат: узнаем планы...
Какая польза городу от бабы?
Да пусть идет - мы будем только рады,
Тем более, не требует награды!

Привратникам шепнули быть на страже,
Выслушивать агента непременно
И передать Сенату, что расскажет
Юдифь о ближних планах Олоферна.

Юдифь одела лучшие наряды
С открытым декольте насколько можно
И выскользнула тихо за ограду,
Чтоб не шуметь - предельно осторожно!

Солдаты у костра:"Какая дама!
Не зря, видать, из крепости бежала".
Послышалось среди людского гама:
"А ну-ка, подойди сюда сначала!

Вы только гляньте! Ох, какое тело!
И шла, как будто в танце танцевала.
Ты мужика, конечно, захотела,
Коли сюда тихонечко сбежала?"

Так от костра к костру Юдифь ходила
И ужасалась: это - как лавина!
И сомневалась: а найдется сила,
Чтоб эту рать бойцов остановила?

Своим нет смысла говорить об этом -
 Еще с испуга попросту сдадутся!
И не сбежать к Сенату за советом...
Привратники шпионку не дождутся...

Задумалась Юдифь: а что же делать?
Вдруг мысль мелькнула: кончить Олоферна!
Нет больше смысла по осаде бегать...
От мысли - спать с ним - содрогнулась нервно.

Противно - враг! Приходится смириться,
Противна плоть походной проститутки!
А значит, надо перевоплотиться...
Прости мне, Бог, преступные поступки!

Шатер вождя. На кожаных подушках
Разлегся Олоферн в небрежной позе...
Докладывают: "К вам пришла пастушка -
Прекрасная, подобна дикой розе!"

"Зови сюда, чего ей там болтаться.
Мне вправду не хватает куртизанки.
Да слуг пришли - здесь надобно прибраться,
А то бардак от многодневной пьянки..."

Отброшен полог у шатра и в свете
Фигурка бесподобная нагая
Явилась вдруг, как солнце на рассвете -
Стройна, желанная, в меру молодая!

Страсть вожделенья тотчас закипела
В груди вождя, все больше распаляясь...
А та к нему подходит дерзко, смело
И говорит, нисколько не смущаясь:

"Слух по земле, что ты - великий воин
И, как мужчине, равных нет тебе.
Хочу узнать: ты вправду ли достоин
Той славы, что гуляет по стране?

!Приляг и выпей, что болтать впустую?
Сюда поближе, вот где я лежу...
Прислал мне Бог бабенку боевую..."
"И ты - не промах, как я погляжу!"

Шатер заполнился вином и сексом -
Здесь наслаждались в полной мере жизнью!
Но не писать же мне открытым текстом,
Как развлекались Олоферн с Юдифью!

Под утро, незадолго до рассвета,
Юдифь у сонного отрезала башку.
И стражникам сказав: "Подарок это!",
Погладив сверток нежно по платку...

Вот развиднелось. Воины готовы
Пойти на штурм и только ждут команду...
Так что же медлит Олоферн суровый?
В шатре - покой, да только все там ладно?

Уже и полдень, и пора проснуться!
Рискнули разбудить... И в ужасе назад!
 Сказать не могут - только лишь трясутся:
"Лежит без головы наш предводитель-брат!"

Оторопев от той ужасной вести,
Застыли воины и кинулись назад -
К себе домой, забыв о всякой чести,
Как стадо, а не воинский отряд...

Сенат в расстройстве - выхода не видно,
Все отрешенно-бледные сидели...
А умирать так рано так обидно,
Умели б плакать - тут же заревели.

Вдруг настежь двери с грохотом и треском -
Вошла Юдифь со свертком и в крови...
Сенаторы смотрели с интересом -
Платок кровавый... Что же там внутри?

Оторопели, когда сверток этот
Юдифь раскрыла. Вопли: "Боже мой!"
Она же им отчаянно, свирепо:
"Вот Олоферн - теперь он не живой...

Привратник ворвался: "Осада бежала!
Как трусы, все разом бегут в Вавилон!"
"Так значит, вдова нам правду сказала!"
И что началось тут: "Наш город спасен!"

"Слава Юдифь!", "Она - героиня!",
"Памятник!", "Премию!", "Орден дадим!",
"В скрижали навечно внесем ее имя!",
"А помнит мы будем до самых седин!.."

Вскоре другие послышались звуки
И сплетня одна за другой поползла,
По подворотням неслись злые слухи:
"Она - проститутка, с врагами спала..."

Чернили безмерно, чернили везде,
Идя мимо дома, ей в окна плевали...
Юдифь одинокой осталась в беде,
Ей даже продукты не продавали.

Сенат, что вчера героиню хвалил,
Прислушался к слухам. Не голосуя,
Собравшись поспешно, постановил:
"Изгнать вместе с черепом из Ветилуя!"

Юдифь возле скал, где был лагерь врага,
Молилась в ночи, очи к небу вздымая...
Но в небе чернильном одни облака
Гнездились, молитву наверх не пуская...


                589 год до Рождества Христова

   Армия вавилонян окружила иудейских город Ветилую. Поражение казалось неизбежным. И тогда молодая вдова Юдифь решила отправиться к Олоферну, могущественному и жестокому военачальнику вавилонян.
   Она "сняла одежды вдовства своего, омыла тело водою и намастилась драгоценным миром, причесала волосы и надела на голову повязку, оделась в одежды веселия, обула ноги в сандалии и возложила на себя цепочки, запястья, кольца, серьги и все свои наряды и разукрасила себя, чтобы прельстить глаза мужчин, которые увидят ее".
   Юдифь очаровала Олоферна и получила полную свободу действий. Днем она ходила по лагерю и собирала сведения о дислокации сил противника. А вечером через стражников передавала информацию городским старейшинам.
   Накануне штурма полководец пригласил красавицу иудейку в свой шатер. "Подвиглось сердце Олоферна к ней, и душа его взволновалась: он сильно желал сойтись с нею и искал случая обольстить ее с того самого дня, как увидел ее.
   И сказал ей Олоферн: пей же и веселись с нами. А Иудифь сказала: буду пить, господин, потому что сегодня жизнь моя возвеличилась ко мне больше, нежели во все дни со дня рождения моего. И она села и пила перед ним.. А Олоферн любовался на нее и пил вина весьма много, сколько не пил никогда..."
   Утомленный ласками и вином, Олоферн заснул. Тогда Юдифь отрубила ему голову и, завернув в платок, принесла ее старейшинам Ветилуи.
   На рассвете вавилоняне увидели обезглавленное тело своего предводителя. "И напал на них страх и трепет. Все они бросились бежать по всем дорогам". Защитники Ветилуи без труда разбили остатки вражеской армии..