Благовест

Бестелесная суть
всё даёт себя знать, ей как хлеб на потребу,-
наполнение светом по мере того,
как сближается с Небом...
В кубке тела несу
свою самость с боязнью невольной
расплескать по ступеням скрипучим
на колокольню.

Вижу колокола медный зев
над собой. И становится ясно:
как бы выглядел я,
но - в ином, в многомерном пространстве...
Этот воздух тугой -
как намёк: будь готов к переменам!
И - крестовый сквозняк
через атомы плоти живой
в четырёх направленьях.

Освящай же, река,
этот город, по мелу растущий на круче,-
начертанье псалма девяностого
сверху читается лучше
по деснянской бегущей строке...
А на страх супостату и вору
в арке - что на восток -
Воскресения древо венчает
Голгофу собора.

Но привык уже глаз
через линзу материи тонкой
видеть блёклую крыш чешую
из проплешин такой невозможной зелёнки,
пока гулкий раскат,
колыхаясь в воздушных теченьях,
не взметнёт конфетти
птичьей мелочи в томный зенит
предвечерья...

Трёххпудовый язык раскачаю.
Подспорьем из храма -
это чтенье вечерних часов,
чтоб ногою о камень
не преткнулся звонарь, глядя ввысь
за компанию с теми,
кто Сияние Вечное сквозь телескоп
почитает за темень.
                25.10.2006