Воровская баллада

Я скрылся от ментов за рубежом.
Мне передали – Ритка спит с Ежом.
Ежа я вспомнил: крашенный блондин,
Подумал я: «ну, Ёжик, погоди!»

Вернувшись, я ему накостылял:
Как Тузик грелку, я Ежа порвал,
А ей сказал: «Ты лучше уходи,
Нам ничего не светит впереди!»

Потом «ходила Ритка по рукам»,
И «ударяла» все по кабакам.
В кабацкой драке – шизик и кретин –
Ее зарезал пьяный осетин.
Как тяжело любимых хоронить,
Я в смерти Ритки стал себя винить,
Принес я ей охапку алых роз
И не сдержал потоки горьких слез.

Я часто на могилку к ней хожу
На холмике закуску разложу,
И пью я за помин ее души
А соловьи поют для нас в тиши.

Пошел я раз на Киевский вокзал
И осетина этого узнал.
И, вынув из-за пазухи перо,
Всадил ему под пятое ребро.

Теперь сижу в Матроской тишине
И часто-часто снится мне во сне
Та девушка, которую любил,
Та девушка, которую сгубил.

Сказал мне по-секрету честный вор,
Что жизнь испортил Ритке – оговор.
Но вот идут за мною мусора –
Сегодня Суд и мне уже пора.

А прокурор твердит: «Поблажки нет!
Убийство!» запросил он десять лет.
А я о снисхождении не просил
Ведь я ему за Ритку не простил.

Ведь я ему за Ритку не простил.