Летучий Голландец

Во времена господ и слуг,
Когда жестокость  миром правит,
Хотелось  убежать на луг,
Но слезы  горя не исправят.

Мой милый друг, прекрасный Адам,
Жил на Карибских островах.
Но жизнь казалась сущим адом,
Поэтому он жил в мечтах.

Он был слугою при вельможе,
Отец работал кузнецом.
Пока отец был помоложе –
Еще держался молодцом.

А мать была простой кухаркой,
Работала весь день и ночь.
Она была еще знахаркой –
Больным сумела бы помочь.

А парню грезились скитанья –
Пиратом так хотелось стать!
Чтоб ромом усмирять страданья,
Ну как об этом не мечтать!

Сказал однажды: «Было б судно,
Я бы в Ирландию уплыл.
Живется на Карибах трудно,
И на работу нет уж сил…»

А мать все вторит: «Глупо это,
Пора бы перестать мечтать,
Твоя идея канет в лету –
Пиратом все равно не стать».

Отец сказал: «Ты ведь безумец!
Подумать только – он пират!
Наивный мальчик! Вольнодумец!
Какой глупец! О,свят,свят,свят!»

Наш Адам бился в своем горе,
Слезой залился, прокричал:
«Пиратом стану я на море!
Хочу, чтоб Дьявол помогал!»

Он убежал в свою коморку,
Упал на ложе, зарыдал.
«Пиратом стану, но что толку?
Ведь мне отваги Бог не дал…

Не дал и ладно. Без него я
Наверно, славно обойдусь.
Взываю к Демону: отдамся
Ему душою, пригожусь

В деяньях адских, и, быть может,
Тогда пиратом стану я.
Мне в этом Дьявол сам поможет –
Страшись, британская земля!

И кто-то вдруг плеча коснулся –
Пред ним тут юноша предстал.
«Ты, Адам, мне ведь приглянулся.
Хочу, чтоб ты пиратом стал».

Тот парень был красивым, стройным,
В рубашке белой и с мечом.
Он с детства был брюнетом знойным,
Владел от мира грез ключом.

«Ты хочешь стать мне лучшим другом?» –
Его вдруг юноша спросил.
«Признайся, ты устал уж с плугом
Ходить, работать нет уж сил».

Тогда уйдем с тобою в море!
По сути, ты уже пират.
Со мной забудешь ты про горе.
Ты что молчишь? Или не рад?»

И Адам ему отвечает:
«Тебе я благодарен, друг.
Меня же удовлетворяет
Все качество твоих услуг».

И парень протянул бумагу,
Адаму палец уколол.
Не жаль совсем ему беднягу,
Того, что к Дьяволу пришел.

Совсем не добрым был приятель –
Он душу Адама купил.
Ну что ж поделаешь, мечтатель,
Ты сам пиратом стать решил.

«Ну что же, договор подписан.
Добро пожаловать на борт.
Теперь на корабле прописан.
Мы перейдем все море вброд!

Да что там море?! Океаны!
Корабль если вдруг на дно
Уйдет, тогда в  чужие страны
Дойдем пешком – нам все равно.

Ну что же, Адам, собирайся.
Корабль у причала ждет.
С отцом иди ты попрощайся –
Его сын в плаванье уйдет».

«Нет, что ты! Глупо с ним прощаться!» –
Чуть слышно Адам произнес.–
Давай скорее собираться,
Пока он голову не снес!»

Он быстренько собрал котомку,
Сменил рубашку, взял свой нож.
Ну вот, потешит он душонку.
Попутчик произнес: «Ну что ж…»

И взял он Адама за руку,
О пол ударился и вмиг
Он птицей стал летать по кругу,
Издав при том орлиный крик…

И Адам стал преображаться –
Он превратился в воробья!
И он, конечно, рад стараться –
Таким он полюбил себя.

Как раз окно открыто было –
Две птицы вылетят в  него.
Конечно, это очень мило,
Но ждет в дальнейшем их чего?

Они парят над облаками,
Под ними реки и поля…
Казалось, это уж веками
Так было, что внизу земля.

«Куда летим?» –  чирикнул Адам.
«Так в порт же.» – отвечал Орел.
А небо затянуло смрадом –
Наверно, кто-то жег костер…

И вот они уж у причала.
Их судно ожидает там.
«Вполне неплохо для начала,
Но как туда пробраться нам?»

«Все очень просто. Приземлимся,
Ему тихонько на корму,
Потом в людей мы превратимся –
Устроим вмиг круиз ему!»

И планы их осуществились.
Они присели на корму,
В людей мгновенно превратились –
Не удалось ведь никому

 Вдвоем угнать такое судно
Да из-под носа моряков.
Конечно, с Дьяволом не трудно,
Но у меня не хватит слов

Чтоб описать, что с ними стало,
Как отправлялись они в путь.
Боюсь, что знаю слишком мало…
Но я продолжу как-нибудь.

На море было так спокойно!
Скажу вам, был полнейший штиль.
И службу нес Адам достойно.
«Скажи, проплыли сколько миль?»

«Уж триста, капитан, по правде!»-
Адаму штурман отвечал.
Адам главнее всех в команде –
Об этом он всю жизнь мечтал.

В команде было только двое:
Сам Адам, штурман у руля…
Конечно, хорошо все, кроме
Того, что нос у корабля

Ободран вследствие сражений,
Когда врагов на абордаж
Британцы брали для мучений,
Карательный имея стаж.

К тому же экипаж ничтожный –
Два человека ведь не в счет.
И  Адам, наш герой тревожный,
Все песенку свою поет:

«Ушел из дома юный парень –
Он душу Дьяволу продал.
Лежит на сердце его камень –
Родителей своих предал.

Его кораблик плывет в Вечность,
Британский он теперь пират.
Что там за морем? Бесконечность…
Но только он тому не рад…

А впереди еще сраженья,
И экипажа еще нет.
Обрек себя он на мученья,
А так ведь будет сотню лет…»

И штурман ему подпевает –
Они уж в терцию поют.
В своей он песне излагает
Все преимущества кают.

«Прелестные у нас каюты,
Да только вот пустуют все,
Но дайте только две минуты
На заполнение их мне.

Я знаю, кажется, как нужно
Нам собирать свой экипаж.
Зовем утопленников дружно
И вместе входим мы в кураж.

И богохульников ведь можно
Сейчас к себе нам подогнать,
Но только нужно осторожно
Развратников к себе позвать».

И плавают они по морю,
Увидят судно, закричат:
«Все грешники хотят на волю?
Тогда давайте к нам, ребят!»

На борт убитые ступают,
Злодеи, атеисты все.
И Адам с Дьяволом решают:
«Пожалуй, пригодится мне

Вот этот парень без сомнений,
Он будет боцманом при мне.
А этот юнга убиенный
Пират с рождения вообще».

«Веселый Роджер» реет в небе,
Ведут сражения легко.
У всех британский флаг на теле,
А в горле ром, о,йо-хо-хо!

«Смотрите, судна королевы!» –
Адам сейчас вдруг закричал.
«Разрушим к черту каравеллы!
Где штурман?! Быстро за штурвал!

Добавим пороху мы в пушки –
Убьем проклятых англичан.
Их судно разлетится в стружки!
Эй, Джонни! Где же с ромом чан?»

На небе Солнце светит ярко,
Алмазами блестела гладь
Морская, верно, будет жарко,
Пираты будут разбивать

И грабить корабли британцев.
Признаться, очень тяжело
Пронзать врагов мечом повстанцев –
Пиратам было все равно.

Но здесь бесстрашные пираты
Впервые за десяток лет
Теряют все свои фрегаты
И видят огнеметов свет…

Пиратов этих заклеймили –
Их взяли англичане в плен.
Британцы те вот так решили:
«Пускай сидят, покуда в тлен

Не превратится плоть пиратов,
Пока не грянет гром  небес,
Здесь встретят тысячу закатов
Пираты и лукавый бес…

Проклятый штурман – он нечистый,
Видали двести лет назад
Его. Он юный был, плечистый,
Как и сейчас. Ах адский гад!»

Сидит Адам на нарах жестких,
Тоскует о семье своей.
«Решеток не сломить громоздких,
Печали не убить моей».

Другой пират промолвил: «Рому,
Сейчас я выпить бы не прочь.
Развратницу украсть из дому,
Да провести бы с нею ночь…»

А штурман вторит: «Разговоры
Сейчас такие ни к чему.
Сидим в тюрьме, как будто воры,
Уж больно сердцу моему!

Я знаю, что нам сделать нужно,
Чтобы увидеть белый свет –
Давайте обратимся дружно
Мы в птиц и улетим в просвет

Между решетками тугими
И приземлимся  на корабль
Британцев и людьми другими
Мы станем, уплывая вдаль…»

И вот взялись они за руки –
Упали, распростерлись ниц.
И тут послышались им звуки –
Чириканье красивых птиц.

Сейчас они уже на воле –
Уводят судно англичан.
Разбойники опять на море
И распивают с ромом чан.

Друзья на славу развлекались:
Играли в карты, пили ром.
А на земле они старались
Ограбить чей-то славный дом.

И продавали все в Тортугу –
Я поясню вам – это порт.
Нашел Адам себе подругу,
А с нею тысячу забот.

Звалась красавица Джоанной,
Ей было лишь семнадцать лет.
Была супругою желанной,
Тому, кто взял с нее обет

Любви красивой, верной дружбы
И честной жизни без утех.
Устала девушка от службы,
Хотелось взять на душу грех,

Влюбившись в юного пирата,
Да так, чтоб раз и навсегда…
И от рассвета до заката
С ним быть до божьего суда…

Их случай свел, и, верно это –
Ничто иное, как судьба.
И провела она все лето
С Адамом – вот, сбылась мечта.

А к сентябрю ушла от мужа –
С пиратами хотела жить.
К тому же в сердце была стужа
К супругу – вместе им не быть.

И снова плавало их судно,
Избрав дорогу в никуда.
И помнил путь Адам наш смутно,
А в море пенилась вода…

И за любовью он забылся,
Уж для него и день за час.
В своих он чувствах растворился –
Влюблен, как юноша, сейчас.

Но время ведь созданье злое,
Взрослела девушка его.
Он знал, что взял тогда чужое,
Но парню было все равно.

А годы шли, она старела,
Седели волосы, а грудь,
Вздымалась кашлем, не хотела
Джоанна умирать ничуть.

Но вот ведь чудо: без сомненья,
Наш Адам так же молод был!
И он испытывал мученья,
Ведь до сих пор ее любил.

Но смерти чувства неизвестны,
И вот к исходу ноября
Она ушла. Уж бесполезны
Адама слезы. Он, любя,

Шептал ей: «Милая Джоанна,
О, как же я тебя любил!
Ах, как же ты мила, желанна…
На слезы у меня нет сил!

Джоанну завернули в сетку,
Простились с нею и тогда
Бросают в море, словно щепку,
Расставшись с нею навсегда.

И снова плавают по морю,
Уводят судна у врагов,
Но вот, к пиратскому ведь горю,
Их осуждают, как воров.

И пред судом они предстали,
Судья сказал тогда вот так:
«Поскольку судна угоняли
Прощенью не бывать никак».

На эшафот ведут Адама,
Весь экипаж, его друзей.
Об этом не узнает мама,
Ведь не писал  он писем ей…

Перед петлей стоял наш Адам,
Но он не плакал, нет, ничуть.
Ведь не присущ же страх пиратам –
В Раю прольет слезу чуть-чуть.

А штурман, глупый, все смеялся,
Когда палач надел петлю.
И он так мило улыбался,
Шептал: «Бессмертием шалю!»

И вот скамейку выбивают
Да у пиратов из-под ног.
И чудо! Ведь не умирают!
С бессмертьем Дьявол так отжег!

И на глазах толпы болтались
В петле – к ним не приходит смерть!
При том пираты так смеялись –
Над смертью потешались ведь!

Толпа от страха разбежалась,
Палач перекрестился весь.
В его душе тогда мешалась
Испуга с удивленьем смесь.

Пираты снова на свободе –
Гуляют в старом кабаке.
Адам, как будто бы в дремоте,
Тонул тогда в пивной реке.

Его скосил меч откровений,
Признался штурману он в том,
Что уж устал от наставлений,
Да и наскучил ему ром…

«Хочу  домой, обратно к маме!»-
Сказал решительно ему.-
«Мне ведь не по пути уж с вами.
Тебе давно уже служу».

А штурман стал над ним смеяться:
«Я вижу, Адам, ты  дурак.
Нам не резон с тобой прощаться,
Мы не расстанемся никак.

Однажды ты мне душу продал
И стал пиратом ты тогда.
Тебе бессмертие я отдал –
Ты не умрешь, друг, никогда.

В помине нет уж твоей мамы –
С тобой мы плаваем сто лет.
Да и твоей любимой дамы
На свете лет уж двадцать нет.

Я в курсе, Адам, ты не знаешь,
Что для тебя и день за час.
Надеюсь, Адам, понимаешь,
Что так всегда сближало нас?

Тебе на вид всего шестнадцать,
Да и умом не вырос ты.
А мне уж триста восемнадцать,
А как  ровесники ведь мы!

Вот видишь, я как ты же молод.
Шестнадцать было мне тогда,
Когда ударил Божий молот –
Из Рая изгнан навсегда.

Я Дьявол, Адам, ты не бойся,
Тебя ведь не обижу я.
Пойди уже, от слез умойся
И успокой ты сам себя.

Мы поплывем с тобой по морю,
Да на «Голландце» на моем.
Пойдем, я сам тебя умою,
Уж никого мы не убьем.

Не станем грабить мы фрегаты,
И судна уж не уведем,
Лишь встретим вечные закаты –
На землю больше не сойдем.

Что с ними стало – неизвестно.
Ну а легенда говорит,
Что их «Голландец» так чудесно
Просторы моря бороздит.

Корабль выходит из тумана
Навстречу разным кораблям,
И он – знамение обмана
И бед несчастным морякам.

С тех пор Адам и Дьявол грешный
Обречены жить на воде.
И Адам, наш герой мятежный,
Пропал, доверившись мечте…



Рецензии