Вновь зима учудила...

Вновь зима учудила,
Не сказав никому -
наступила.
Наступила, а я не готов,
Я с утра нездоров.
Я простыл. Лег, заснул на диване.
Мне приснился с граблями, в трусах
Дальний родственник мой, дядя Ваня,
(Нет, в дырявых армейских штанах)
Все движения были неловки,
Но простительны и легки.
Он завязывал в узелки
Хвост за хвостиком пермской морковки.
(Удивитесь Вы: «Как же так?
Он приснился с граблями в руках
И завязывал в узелки.
Сколько ж рук у него?»
Рук-то? Три.
Это сон, дорогие мои,
А во сне все возможно).
Я смотрел на него. Я молчал,
Я вскопал две гряды. Я устал.

Сколько длилось все это - не помню.
Только холод ударил в виски.
Встал. Оделся теплее. В снежки
Перед окнами дети играли.
Мужичок продавал пирожки.
Жадно тряс он своими руками.
Говорил что-то детям. Увы.
Да кому нужны пирожки,
когда первый снежок под ногами?
Никому не нужны.
Разогрел. Пообедал. Дождался
Брата младшего (школьник, в седьмом)
Залпом выпил на годы вперед
В жидком виде и твердом лекарства
(в твердом виде - не выпил. Запил.)
Снова лег и во сне говорил.
Все вернулись. Меня не будили.
Но на утро (уже через день)
Когда вновь я почувствовал силы
(силы прежние) братья спросили:
 - Извини, ты вчера нас просил,
Чтоб тебе пирожков мы купили
На все деньги. Скажи, ты шутил
Или?

- Да, я шутил.
Ну, а вы
неужели купили?

- Не на все, но купили.
Ты так слезно об этом просил.

- Повторяю еще раз -
шутил,
Нездоров был вчера я,
Шутил.